Реинкарнация

Реинкарнация или кто во что верит

С древними кельтами было страшно встретиться в бою, потому как они не боялись смерти. Они с охотой давали взаймы, рассчитывая, что долг в любом случае вернут вернут — не в этой жизни, так в последующей. Откуда же взялась уверенность в том, что наша земная жизнь не единственная?
Идея о путешествиях души во времени с использованием тела человека как транспортное средство и отношением к жизни человека как к временному привалу на пути к совершенству чужда для нашего мировоззрения. Иудаизм, христианство и ислам существенно отличаются в представлениях о том, какая жизнь ждет нас после смерти, но суть их одна и та же.

«Назначено людям однажды умереть,— написал апостол Павел в своем послании к еврейскому народу,— а дальше грядет суд Божий». Если мы живем в добродетели, смирении и добре, нам воздастся на том свете, а если нет, нас ждет Божья кара. Главное — каждому дается всего одна жизнь, один-единственный шанс проявить себя высоконравственным и высокодуховным человеком.
Эта концепция так глубоко укоренилась в сознании западного человека, что в принимающем все больше атеистический характер XX столетии стало возможным зарабатывать деньги на высмеивании идеи переселения душ. Журналист из Нью-Йорка Дон Маркус сколотил небольшое состояние, потешая обывателя приключениями придуманных персонажей — таракана Арчи, который в прошлой жизни был поэтом, мастером верлибра, а ныне продолжает вести лирический дневник, подпрыгивая на клавишах пишущей манишки, и Мегатабель — приблудной кошки, сознавшейся в том, что в свое время она была Клеопатрой.
Однако вера в реинкарнацию (повторные рождения) получила довольно широкое распространение. Она уходит своими корнями в глубокую древность. Многие массовые религии сочетают ее с трансмиграцией — вселением человеческой души в животное. Такая вера существовала и на Западе до расцвета христианства.

Одна из причин непобедимости древних кельтов была отсутствие страха смерти — так сильно они верили в возрождение души.

Тайная память

А между тем на Западе, где не существует освященной столетиями веры в повторные рождения, также встречаются люди, к своему изумлению обнаружившие, что не в первый раз живут на земле.

Почти все подобные свидетельства получены под гипнозом, то есть от людей, погруженных в состояние гипнотического транса для того, чтобы они рассказали о скрытых в подсознании воспоминания о прошлых жизнях. К сожалению, самые убедительные из таких свидетельств — в особенности предполагаемое перерождение ирландки Бриди Мерфи (1798—1864) в домохозяйку из Висконсина Вирджинию Тите (1923 г. р.) — рассыпались в прах, не выдержав тщательного и беспристрастного анализа.

Случай с Джейн Эванс, пожалуй, наиболее показательный из всех. После того как им занялся Мэлвин Харрис, многие доказательства отпали.
Рассказанное Джейн Эванс поражало обилием подробностей о ее жизни в Англии IV столетия (когда эта страна находилась под римским владычеством) в качестве жены учителя будущего римского императора Константина. Или о ее драматичной судьбе как молодой еврейки, жертвы еврейского погрома в Йорке в 1190 году. Хотя, в этой последней истории содержится масса неточностей — как в описании Йорка, так и в приметах еврейского быта в XII столетии — и сильно смахивает на радиопостановку по Би-би-си.

Жизнь Джейн Эванс в образе «Ливонии» слово в слово повторяет роман Луи де Воля «Живой лес». Возможно, Джейн Эванс специально «забыла» прочтенные ею книги, из которых позаимствовала свои «воспоминания». Этот феномен, называемый криптомнезией (что в переводе с греческого означает «тайная память»), хорошо известен гипнотизерам, занимающимся психотерапией, и не раз приносил пользу, когда возникала необходимость извлечь из подсознания больного «забытые» (порой умышленно) факты.

Другое подробное описание действительно имевшего место исторического события было дано женщиной, о которой знали лишь, что ее имя Джен. Под гипнозом, осуществленным Джо Китоном, она «оказалась» 18-и летней Джоан Уотерхаус, в 1556 году представшей перед судом за колдовство. Все подробности отличались удивительной точностью, включая существование Джоан Уотерхаус и ее присутствие на скамье подсудимых. Главным источником дошедших до XX столетия сведений о Джоан Уотерхаус был памфлет тех времен. Единственный экземпляр его хранился в библиотеке дворца Ламбет, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского. Джен клялась, что никогда в жизни не переступала порога дворца и не видела никакого памфлета.

Но тут обнаружилось небольшое несоответствие. Пребывая в образе Джоан, Джен говорила, что ее судили в царствование Елизаветы I, тогда как в действительности в 1556 году Англией правила королева Мария I, а Елизавета взошла на престол только в 1558 году. С учетом напряженной религиозной ситуации того времени, когда главной задачей монарха было разрешение религиозных споров, и принимая во внимание чувствительность провинций в этом вопросе и их фанатическую готовность защищать свои интересы, это представлялось не рядовой ошибкой.

И действительно, в головах у Джо Китона и его подопечной «Джен» царила путаница. Как оказалось, памфлет, который хранился во дворце Ламбет, в XIX столетии был переиздан. При этом слишком плотный набор был заменен более удобочитаемым, воспроизводящим графику шекспировского времени. Однако в текст вкралась опечатка. С легкой руки наборщика XIX века процесс над челтенхемскими ведьмами был отнесен к 1556 году, тогда как в оригинале стоял 1566 год.


К этому году Елизавета I была на троне уже 8 лет, отмеченных бурными событиями.
Напрашивалось одно-единственное разумное объяснение: «Джен» никогда не была Джоан Уотерхаус, осужденной за колдовство: она просто прочла и — будем снисходительны — запамятовала переизданный памфлет. К сожалению, сам Китон не провел никакой проверки. Это сделал какой-то скептик — и от сенсации камня на камне не осталось.

Пожалуй, о гипнозе и длинной цепи реинкарнаций лучше всего сказала женщина-экскурсовод, в конце 80-х годов сопровождавшая группу пожилых англичанок, путешествовавших на пароходе по Нилу от Порт-Саида до Луксора. В разгар нашего спора о политике Ближнего Востока экскурсовод воскликнула:
— Мне бы ваши проблемы! Вон у меня в группе девять Клеопатр — попробуйте удержать их от боевых действий!

Смерть и рождение

В Древней Греции приверженность идее реинкарнации хорошо сочеталась с традиционной верой в пантеон богов. Орфическая секта, пользовавшаяся большим влиянием за 100 лет до золотого века Эллады, исповедовала взгляды, которые суровостью и пуританством могли бы поспорить с мрачным аскетизмом христиан эпохи средневековья. Орфисты называли жизнь человека «юдолью скорби», единственный способ уйти от нее — самоотречение. Лишь претерпев множество физических смертей и перерождений — в образе человека или животного,— душа обретет свободу.

В Древней Греции в месте с тем вера в реинкарнацию не ограничивалась столь мрачными культами. Гениальный математик Пифагор, живший приблизительно за полтысячи лет до н.э., уверял, будто в своих прошлых жизнях он перебывал рыбаком, крестьянином, женой торговца и гетерой. Правда, Пифагор отдавал дань и другим довольно экстравагантным суевериям (к примеру, предсказывал страшные последствия для тех, кто употребляет в пищу бобы).
Оригинальный мыслитель древности Платон верил в реальность реинкарнации. Как он считал, душа выбирает свою будущую жизнь в момент смерти прежней телесной оболочки. При этом она сможет подняться или опуститься на новый уровень бытия. Платон не считал такой цикличный процесс бесконечным. Душа не вечна и не обязана прогрессировать или учитывать старый опыт. Действительно, рассуждал Платон, сознательный выбор позволяет говорить о прогрессе, но дело в том, что, вселяясь в новый организм, душа расходует значительную энергию; рано или поздно энергия должна иссякнуть.

Взгляд древних римлян на реинкарнацию был несколько иным. К примеру, в I в. до н.э. выдающийся историк Саллюстий полагал, будто дети, появившиеся на свет в результате трудных родов, несут наказание за зло, совершенное ими в прошлой жизни.
Другой великой древней цивилизацией, которая твердо верила в реинкарнацию, был Египет. Вначале египтяне считали, будто лишь великие люди, способные вести за собой остальных, получают право на второе рождение, но со временем границы сильно расширились, и в конце концов было сказано, что воскреснут все: от аристократа до простолюдина. Ко времени написания «Книги мертвых» взгляды на эту проблему уже устоялись. Книга содержит заклинания, способные вызволить душу из могильного плена и подготовить к возрождению. Причем душа может возродиться даже в цветке (скажем, лотосе), дереве (чаще всего платане) или животном. Через три тысячелетия непрерывных nqie-воплощений душа вновь удостоится права воплотиться в человеке.

Возвращение богов

По мере распространения с Ближнего Востока на запад христианство постепенно вытесняло подобные идеи, а семью столетиями позднее их начал искоренять ислам, верша свое победное шествие на юг и восток. Но в тех регионах, где эти массовые религии распространились сравнительно недавно (в последние несколько столетий), местное население как и прежде придерживается веры в реинкарнацию. Так, для народов, населяющих острова Океании, идея переселения душ остается краеугольным камнем большинства туземных верований. То же можно говорить и о многих индейских племенах — аборигенах Америки. Было высказано предположение, будто одной из причт, почему испанским конкистадорам в XVI столетии удалось так легко —несмотря на высокоразвитую цивилизацию — захватить обширные территории Южной и Центральной Америки, явилась как раз вера в переселение души. Туземцы приняли предводителей испанцев за своих воскресших богов: мексиканского Кетцалькоатля или перуанского Вирохаса.

Конечно, испанцы воспользовались заблуждениями «варваров», чтобы разорить их земли.
На Аляске, где золотая, а потом и нефтяная лихорадка оказала более сильное, чем любые миссионеры, влияние на местную культуру, туземцы из племени тлин-китов до сих пор преклоняются перед явлением реинкарнации, понимая его как прямой и мгновенный переход от одной жизни к другой. Беременные тлинкитские женщины придают особенное значение своим снам, гак как именно во сне лишенная тела душа возвещает о своем намерении вселиться в тело новорожденного. Во время родов шаманы усердно пытаются установить, чья именно душа возродилась в новорожденном, и дают ему имя прежнего владельца. Так ребенок получает право на уважение, которое оказывалось тому человеку при жизни.

Поиски Далай-ламы

Столь явное извращение высокого идеала послужило причиной озарения Сидхарты Гаутамы из самой уважаемой индийской касты брахманов. Сидхарта Гаутама родился около 566 года до н.э. и происходил из племени шакьев, живших на берегах Ганга. Ныне он известен во всем мире под именем Будды.
Согласно легенде, едва появившись на свет, Будда поклялся положить конец рождению, старости, страданиям и смерти — короче, вырвать душу из плена земной жизни. К 29-и годам он убедился, что всего этого не избежать, и провозгласил четыре истины: 1) жизнь есть страдание; 2) страдание проистекает из желания; 3) избавление от желаний ведет к избавлению от страданий и 4) путь к блаженству — Восьмеричный Путь избавления от желаний.
Главное здесь — понятие о душе не как о чем-то индивидуальном, личном (как учил индуизм) — движущей силе реинкарнации. Скорее, человеческое «я» сгорает в топке реинкарнации, как топливо; оно меняется от одной жизни к другой и вообще носит иллюзорный характер. Стало быть, все дело в том, чтобы освободиться от своего «я» и достичь нирваны — состояния абсолютной отрешенности от внешнего мира, полного отсутствия желаний. Так буддизм отрицает всякую связь между социальной принадлежностью и состоянием души. Впрочем, последующие рождения неизбежны, если нужно «отработать карму» — снять бремя предшествующих воплощений. Но это уже вопрос очищения жизненной силы.

Одна из любопытнейших особенностей буддистских взглядов на перерождение души и их воплощение на практике — поиски преемника скончавшегося Далай-ламы, духовного лидера буддистов.
Далай-лама (что в переводе означает «величайший мудрец») считается воплощением буддистского бога милосердия Ченрези, который уже 14 раз, начиная с 1391 года, принимал земной облик. Всякий раз, когда очередной Далай-лама умирал, перед тибетскими монахами вставала задача найти младенца мужского пола, в которого вселилась его душа и которому предстоит стать новым вождем тибетских буддистов. После смерти 13-го Далай-ламы монахам потребовалось целых 6 лет, чтобы найти преемника.

Поиск включает в себя перебор великого множества простых и магических примет: монахи советуются со звездами, толкуют сны, видения и всевозможные знамения. После кончины 13-го Далай-ламы само тело покойного, развернувшееся головой на северо-восток, подсказало направление поиска. Потом в мавзолее, где оно лежало, на северо-восточной стене появилось пятно плесени в виде звезды. А на главном дворе монастыря, опять-таки возле северо-восточной стены, неожиданно выросло и зацвело драконово дерево.

Стало ясно: нужно двигаться на северо-восток. Вдобавок ко всему, одному из монахов приснились озеро близ Хос Коргья-ла в Китае (священное место буддистов) и дом с остроконечной крышей и голубыми карнизами. Там-то, заключили монахи, они и найдут младенца, которого ищут.

1937 год — группа из нескольких монахов отправилась в Китай. Спустя несколько лет они нашли нужный дом в деревне Тэкстэ. Один монах, переодевшись слугой, зашел внутрь дома и увидел мальчика двух лет от роду по имени Тензин Гьятсо. Малютка немедля потребовал четки, которые были на монахе под маскарадной одеждой слуги и принадлежали не ему, а усопшему Далай-ламе. Потом Тензин Гьятсо опознал еще одни четки, бубен и посох — бывшую собственность покойного.
Окрыленные первыми успехами, монахи предприняли осмотр тела ребенка на предмет обнаружения особых примет, имевшихся у каждого Далай-ламы. И в точности: все родинки и прочие приметы совпали. Сомнений больше не было; монахи немедленно приступили к подготовке отъезда мальчика и его родных в Тибет. Им пришлось уплатить губернатору провинции выкуп в сумме 300 000 долларов за разрешение семье уехать из Китая. Вскоре маленький Далай-лама был помещен во дворец в столице Тибета Лхасе, где и началось его трудное, упорное восхождение к высотам религиозного и мирского вождя тибетского народа.

Предполагаемая реинкарнация тибетского Далай-ламы сама по себе еще не является доказательством реальности этого феномена. Не подвергая сомнению искренность дел и помыслов людей, вовлеченных в поиски очередного первосвященника, в только что описанной процедуре есть к чему придраться. Главное здесь — глубокое религиозное чувство, при наличии которого, скажет скептик, и по теории вероятности рано или поздно монахи просто обязаны были отыскать ребенка с заданным набором признаков…

Так что на данном этапе отношение к реинкарнации остается, главным образом, вопросом веры. Это не означает, что переселение душ в принципе невозможно или что оно возможно для одних и невозможно для других. Просто на данный момент нет бесспорных свидетельств в его пользу. Тем не менее реинкарнация остается весьма заманчивой идеей. А также краеугольным камнем многих древних и почитаемых религий.

 

 


 

“Интересная газета”

ред. shtorm777.ru