Смерть царевича Дмитрия

Царевич Дмитрий — причина смерти

Споры о загадочной смерти царевича Дмитрия не утихают по сей день. По официальной версии мальчик по неосторожности нанес себе ножом рану в область шеи. Но, по слухам, царевича Дмитрия злодейски зарезали люди, подосланными Борисом Годуновым. Так, смерть царевича Дмитрия из личной драмы превратилась в историческую трагедию. Такая версия до сих пор оказывает заметное влияние на историографию.

Что же произошло в действительности на подворье угличского кремля в солнечный день 15 мая четыре сотни лет тому назад?

1584 год — царевича Дмитрий вместе с матерью Марией Нагой, шестой или седьмой женой Ивана Грозного, выехали в Углич. Брак их, согласно канонам Русской Православной Церкви, не мог считаться законным и, как следствие, Дмитрия, которому царь Иван IV выделил удельное княжество со столицей в Угличе, как незаконнорожденного, надлежало бы именовать не царевичем, а удельным угличским князем. Но в историю он все-же вошел как «малолетний царевич Дмитрий». Он был единственная надежда рода Нагих на возвышение.

Уже с 6–7 лет он стал чувствовать себя будущим государем. Мальчика отмечала семейная черта — жестокость и необузданный характер. Он частенько велел дворовым людям лепить из снега и вырезать из дерева фигуры людей и присваивал им имена московских бояр, а потом отсекал им конечности и головы, приговаривая при этом: «С этим я поступлю так-то, когда стану царем, а с этим — эдак». В русской истории был уже пример царственного ребенка, одаренного и страстного, который был воспитан подобным же образом. Из этого ребенка со временем вырос царь Иван Грозный.

Трагические события разыгрались в субботний день, когда обитатели кремля готовились к обеду. Царевич, как всегда в это время, играл с мальчишками ножиком в «тычку». Бросавшему нож с определенного расстояния необходимо было попасть в очерченный на земле круг. Наступила очередь Дмитрия. И в это время случилось непредвиденное. Все кинулись во внутренний дворик. Мария Нагая выхватила из рук Арины Тучковой тело уже мертвого царевича. Обезумевшая от горя царица, показывая на Волохову, под чьим надзором был во время игры Дмитрий, запричитала, что это ее Осип с сыном Битяговского да Микита Качалов царевича Дмитрия убили.

Ударили в колокол. Вокруг уже толпился возбужденный народ. Многие прибежали с палицами и ножами. Выскочивший прямо из-за обеденного стола Битяговский попытался успокоить людей, отвергая обвинения в причастности его к смерти царевича Дмитрия. Однако, как в наше время, так и в те времена, сыграла роль «психология толпы», подогреваемая братьями Нагими.

А.С.Пушкин как-то проницательно заметил: «Народ, как дети, требует занимательности, действия. Народ требует сильных ощущений, для него и казни — зрелище. Смех, жалость и ужас суть три струны нашего воображения, потрясаемые драматическим волшебством». Дьяк Михаил Битяговский, который был прислан Годуновым надзирать за царевичем Дмитрием, и его помощники Никита Качалов и Данила Третьяков были тут же растерзаны возбужденными людьми. На глазах Марии Нагой убили игравших с Дмитрием малышей Данилу Битяговского и Осипа Волохова.


В Углич была прислана следственная комиссия во главе с митрополитом Саркским и Подоинским Геласием, а фактически руководил ею Василий Шуйский — коварный и умный противник Бориса Годунова. Историки пишут, что комиссия расследовала дело «по горячим следам».

С криминалистической точки зрения это не совсем так. Расследование по горячим следам считается тогда, когда оно было проведено в течение первых суток после случившегося. Комиссия же Шуйского приехала в Углич лишь 19 мая, то есть на четвертые сутки после случившегося. С точки зрения современной криминалистики, смерть при так называемых «невыясненных обстоятельствах» предполагает возможность убийства, самоубийства или же несчастного случая. До нашего времени дошел «Обыск» — следственное дело Шуйского. Надо заметить, что расследование проводилось довольно профессионально. Как и положено, отрабатывалось несколько версий. На Руси во все времена умели вести «розыскные» дела.

Установили, что в момент трагедии все убиенные служивые люди на месте смерти царевича Дмитрия не были. Дьяки и подьячие проводили очные ставки, подробно допрашивали свидетелей. Рассказам мальчиков, наблюдавших за игрой, придавалось особенное значение. Ведь дети легко внушаемые и на допросах при грамотно поставленных вопросах могут дать «необходимые» для следствия показания.

Как подтверждает анализ записей следственного дела, на детей при дознании не оказывалось психологического давления со стороны взрослых. Мальчики рассказали о произошедшем так: «…играл де царевич в тычку ножиком с ними на заднем дворе, и пришла на него болезнь — падучей недуг — и набросился на нож». Взрослые подтверждали: «…да в ту пору, как ево било, покололся ножом сам и оттого помер».

Комиссия, рассмотрев показания свидетелей, пришла к однозначному выводу, что имел место несчастный случай во время приступа «падучей». После изучения всех документов 2 июня 1591 г. «Освященный собор» и боярская дума объявили народу: «Царевичу Дмитрию смерть учинилась Божьим судом».

Теперь уже участников бунта в Угличе постигла жестокая расправа: братья Михаил, Андрей и Григорий Нагие были заточены в острогах дальних городов, а мать царевича Мария Нагая была пострижена в монахини и сослана в отдаленный монастырь. Наказали и многих горожан. Судьба же угличского колокола, известившего об «убиении» царевича Дмитрия, стала под стать человеческой: его лишили одного «уха» и под крепкой стражей «сослали» в далекий Тобольск.

Учитывая непростую политическую ситуацию тех времен, некоторые скептики по сей день говорят: «А не могли ли доверенные люди Бориса Годунова в розыскное дело вставить определенные листы, свидетельствующие в его пользу?» Проведенные в наши дни научные исследования подтвердили абсолютную подлинность составленного «Обыска».

И все-же еще продолжают появляться публикации о преднамеренном убийстве царевича Дмитрия. Даже многие из именитых ученых не перестают утверждать, что имена настоящих исполнителей убийства, как видно, никогда не будут известны. Может быть, это были наемники, которых в Угличе никто не знал, они могли без затруднений попасть на территорию кремля, так как он практически не охранялся. Совершив злодейство, преступники покинули территорию дворца и, на конях, покинули город. Версии этих ученых основываются на раскладе политических сил тех времен.

Они полагают, что смерть царевича Дмитрия была выгодна в первую очередь Василию Шуйскому. Но спустя 13 лет после трагедии Шуйский признает в самозванце Лжедмитрии «убиенного царевича», а через 2 года после этого, «выкликнутый» на царство, он в своих грамотах объявил народу, что Дмитрий «умре подлинно и погребен в Угличе». Довольно неприглядной была и роль матери Дмитрия Марии Нагой. Привезенная из монастыря для очной встречи, она также признает в Лжедмитрии своего сына, наскоро придумав сказку о якобы «подмененном Дмитрии» во время приступа, и что тогда погиб «подменный» ребенок.

По одной из имеющихся версий, Дмитрия убили по приказу Бориса Годунова, при этом убийцы преднамеренно дали царевичу в руки острый нож во время игры и терпеливо ждали, когда царевич во время приступа эпилепсии сам наколется на него. Неправдоподобность такой ситуации очевидная.

Не обошла стороной история смерти царевича Дмитрия и великого русского писателя А.Чехова. После окончания медицинского факультета он собирался защитить диссертацию на тему: «Врачебное дело в России» и в этой диссертации хотел при помощи медицинских данных подойти к решению исторической разгадки смерти царевича Дмитрия. Изучая данные о смерти мальчика, Чехов с сожалением написал, что судебная медицина в проведенном исследовании совершенно отсутствовала.

Царевич страдал «черным недугом», «падучей болезнью»—тяжелейшей эпилепсией, сопровождавшейся неожиданно возникавшими частыми, продолжительными приступами—припадками. В наше время медицина рассматривает эпилепсию как нервно-психическое заболевание, в некоторых случаях приводящее к распаду личности. Истории известны многие примеры эпилепсии у знаменитых людей: Юлий Цезарь, Ф.Достоевский, В.Гог, Г.Флобер… Все они, страдая «падучей болезнью», сохраняли интеллектуальный и творческий потенциал. Но эти примеры подтверждают лишь исключение из правил.

Об этом заболевании известно с древних времен. Уже в IV столетии лечение эпилепсии подразделялось на диетическое, хирургическое и фармакологическое. Диетические методы рекомендовали растирание тела больного винным уксусом и оливковым маслом, запрещали употребление некоторых видов рыб, мяса и дичи; хирургические—кровопускание, нанесение порезов на различных частях тела, трепанацию черепа; фармакологические — применение трав, отваров. Рекомендовались также постоянные молитвы и голодание, ношение амулетов. Чрезвычайно эффективным считали прижигание кожи головы в затылочной области. Но все эти средства мало помогали.

И, конечно, царевич был обречен — мальчик с издерганной психикой, искалеченный дурным воспитанием. Если взглянуть на Дмитрия обычными человеческими глазами без «исторической» подоплеки, то в роковой день, 15 мая, он вышел во двор, измученный тяжелейшим приступом, где его ожидали сверстники.

Последний перед смертью приступ длился у него непрерывно в течении двух дней. Он искусал руки мамок и нянек, старавшихся удержать выгибающееся в судорогах тело.

В медицинской практике отмечены случаи припадков «падучей», когда больной бывает застигнут приступом в самом неожиданном месте. Зачастую эпилептики наносят себе довольно тяжелые телесные повреждения при ударах о землю и окружающие предметы. Все это как бы подтверждает версию о несчастном случае, или версию об «убийстве без убийцы». Но медицинская практика ни разу не зафиксировала случая смерти, подобной смерти царевича Дмитрия. Получается, что медицинская статистика если не отвергает, то как бы ставит под сомнение версию «убийства без убийцы», так же, как и версию о несчастном случае во время приступа эпилепсии.

Какая же настоящая причина смерти царевича Дмитрия?

Наблюдательного А.Чехова не мог не заинтересовать вопрос: мог ли Дмитрий нанести смертельное колото-резаное ранение в области шеи своей рукой? Вот что написал он на этот счет издателю Суворину: «По поводу падучей возможно прочесть в любом учебнике по нервным болезням, а также и (для исследователя это нужно) в соответствующем отделе судебной медицины. Но Вы не специалист, не разберетесь в медицинском хаосе. Я возьму клочок бумаги и вкратце набросаю Вам все, что нужно, и объясню, буде сумею. Зарезать себя мальчик мог».

Ну а что говорит нам судебно-медицинская экспертиза нашего времени о подобного рода случаях? Может ли пострадавший причинить себе повреждения своей рукой?

Безусловно, может. Современной судебно-медицинской практике известно немало случаев смертельных исходов у эпилептиков, которые в момент приступа держали в руках колющие и режущие предметы. По этой причине Положение об охране труда запрещает лицам, страдающим эпилепсией, работать на производствах, связанных с механизированным трудом. А могла ли так быстро, как в случае с царевичем Дмитрием, наступить смерть при ножевой ране на шее?

Медицина по этому вопросу отвечает положительно: смерть наступает от воздушной эмболии сердца, то есть от попадания воздуха в правый его желудочек, при травмах сосудов шеи. Количество воздуха от 20 до 100 мл может вызвать смертельный исход раненого. И при быстром попадании даже сравнительно небольшого количества воздуха в сосудистое русло смерть как правило наступает немедленно, что и произошло, по-видимому, с царевичем Дмитрием.

Историография до сих пор не обладает информацией, позволяющей утверждать о причастности Бориса Годунова или Василия Шуйского к смерти царевича Дмитрия.

А многочисленные факты судебной медицины и данные экспертной практики говорят за то, что он мог погибнуть при повреждении сосудов шеи ножом, который держал в руке, во время приступа «падучей».

Учитывая подтвержденную современными научными исследованиями достоверность материалов тщательно проведенного после трагедии «Обыска» в Угличе и возможность нанесения себе, при случаях эпилепсии, смертельных уколов, что подтверждается современной практикой судебно-медицинской экспертизы, смерть сына Ивана Грозного царевича Дмитрия следует трактовать как несчастный случай.

 


 

А.Маслов

ред. shtorm777.ru