Регрессия в прошлые жизни

Регрессия в прошлые жизни

Со смертью приходит мудрость

Регрессивный гипноз — исследование своего прошлого опыта жизней находясь в состоянии транса через  получение доступа к нашей памяти, тем ее слоям, хранящимся в области Бессознательного и не могут быть доступны человеку на сознательном уровне.

Начиная с 1979 г., когда я впервые начала свои исследования, через мои руки прошли сотни и сотни людей, которых я погружала в состояние визуализации собственной смерти. Эти люди умирали всеми мыслимыми способами: в результате несчастного случая, от пули, оступившись или споткнувшись обо что-то, во время пожара и т. д.; некоторых из них казнили – вешали или отрубали голову, многие утонули… Умирали они и естественным путем: от сердечного приступа, болезней, старости или просто во сне, мирно и безмятежно переходили в загробный мир.

Хотя смерть принимала различные формы, между ними было и определенное сходство. Обличья, в которых смерть является человеку, могут быть разными, но то, что происходит после смерти, всегда выглядит одинаково. Я пришла к заключению, что нет никакого реального основания бояться смерти.

Подсознательно мы заранее знаем, что с нами случится и что нас ждет по ту сторону жизни. Мы должны это знать, потому как испытывали смерть и переживали этот процесс бесчисленное множество раз. Короче говоря, изучая смерть, я постоянно оказывалась на празднике жизни. В самом деле, в смерти нет ничего ужасного или отвратительного; напротив, она раскрывает перед нами абсолютно иной, новый и поистине удивительный мир.

Со смертью приходит мудрость. Потеряв физическое тело, мы вступаем в совершенно новое измерение – измерение мудрости. Очевидно, что рамки физического тела ограничивает и стесняют человеческое существо. Но индивидуальность (или дух), когда она выходит за эти рамки, ничем не стеснена и способна познавать гораздо больше, чем мы могли бы себе представить.

Так, беседуя с людьми после того, как они «умерли», я смогла найти ответы на много сложных и запутанных вопросов – вопросы, которые преследуют человечество в течении всей истории его существования. То, о чем может сообщить дух, во многом зависит от уровня его духовного развития. Некоторые из них обладают гораздо большим запасом знаний, чем другие, и потому выражают свои мысли яснее и доступнее, языком, более понятным для нас, смертных.

Я попытаюсь описать их опыт и переживания, дав им возможность говорить самим за себя.


В общих чертах момент наступления смерти возможно описать так: человеку вдруг становится холодно, внезапно он оказывается возле постели и смотрит со стороны на свое мертвое тело. С начало он, как правило, не понимает, почему люди, находящиеся в комнате, выглядят такими печальными и удрученными, поскольку сам он чувствует себя замечательно. В этот момент им владеет чувство веселья и радости, а не страха и ужаса.

Ниже приводится описание процесса высвобождения, составленное со слов женщины 80-ти лет, умиравшей от старости. Это пример весьма типичен для случаев такого рода и его можно назвать показательным.

• Долорес (Д.): Ты прожила долгую жизнь, не так ли?

Субъект (С.): О да… Я куда-то медленно плыву. Все так долго, так утомительно… (Вздыхает.) Никакой радости… Я так устала.

Так как она, как видно, испытывала некий дискомфорт, я перенесла ее во времени к той стадии, когда процесс умирания уже закончился и наступила смерть. Закончив мысленно отсчет времени, я увидала, что тело женщины, лежавшей на кровати, судорожно подергивается.

Вдруг она улыбнулась. Ее голос был полон жизни и энергии, и в нем уже не было и следа той слабости, которая владела ею несколько секунд назад.: «О, я чувствую себя такой свободной! Я – Свет!» Она выглядела радостно и умиротворено.

Д.: Видишь ли ты свое тело?
С.: (с отвращением) О! Это старье, лежащее вон там? Господи! Никогда не могла подумать, что я выгляжу так ужасно! Что я такая морщинистая и высохшая… Я чувствую себя слишком хорошо для такой сморщенной старухи. Совсем старая!.. (Она издает радостный возглас.) Господи, как я счастлива, что я здесь!

Я едва не засмеялась – до такой степени выражение ее лица и тон голоса не вязались друг с другом.

Д.: Ничего удивительного, что твое тело выглядит таким старым, ведь оно прожило долгую жизнь. Потому, вероятно, и умерло… Ты только что произнесла: «Я здесь». Что это значит -здесь? Где ты?

С.: Я – среди Света и… Ах, как это здорово! Наконец-то я чувствую себя такой умной и всезнающей… Я ощущаю умиротворение… Я чувствую покой. Мне ничего больше не надо.

Д.: Что ты собираешься делать?
С.: Мне сказали, что я должна пойти и отдохнуть. О, ненавижу отдых, когда надо столько всего сделать!

Д.: А что, обязательно надо отдыхать? Даже тогда, когда тебе этого не хочется?

С.: Нет, не обязательно. Попросту я чувствую себя такой свободной, и я не хочу опять ощущать себя скованной. Я хочу учиться и развиваться. После этого я не смогла добиться от нее какого-то связного ответа, за исключением того, что она куда-то плывет. По выражению лица и по частоте ее дыхания я смогла понять, что она находится в месте отдыха. Когда субъект находится в этом месте, создается впечатление, будто он погружен в глубокий сон и не желает, чтобы его тревожили. В этот момент бесполезно пытаться задавать ему вопросы, потому как его ответы (если это ответы) звучат нелепо и бессвязно.

• В другом случае женщине в состоянии регрессивного гипноза вспомнился процесс родов. Физические симптомы, такие, как дыхание и судороги тела, явно показывали на то, что ее сотрясают предродовые схватки, потому как тело человека, как и мозг, также хранит память о физических страданиях. Чтобы избавить ее от мучительных переживаний, я перенесла ее во времени немного вперед, к тому моменту, когда роды по идее уже должны были закончиться.

Д.: Ты родила ребенка?
С.: Нет. Мне было невероятно тяжело. Ребенок никак не хотел выходить. Я была до такой степени измучена, что попросту взяла и покинула свое тело.

Д.: Ты так и не знаешь, кто у тебя должен родиться?
С.: Нет, но сейчас для меня это не имеет никакого значения.
Д.: Видишь ли ты свое тело?
С.: Да. И окружающих также. Но почему-то все выглядят такими удрученными…
Д.: Что ты хочешь делать?
С.: Думаю, немного отдохну. Раз мне все равно надо будет вернуться, хочу побыть здесь какое-то время. Я – среди Света. Мне так хорошо и спокойно.

Д.: И откуда исходит этот Свет?
С.: Оттуда, где источник всякого знания, оттуда, где все ясно и очевидно, где все кажется таким простым и чистым. Даже истина тут кажется более чистой. А внешний мир – он где-то там и тебя вовсе не тревожит. Истина на Земле существует, но вы ее просто не видите.

Д.: Ты говорила, что тебе надо будет вернуться. Откуда тебе это известно?

С.: В жизни я была слишком слабой. Мне надо было научиться жить с болью, научиться терпеть и переносить ее… Если бы я не была такой слабой, я бы здесь осталась. Я рада, что более не чувствую боли и даже не могу о ней вспомнить. Но я знаю, что мне надо возвратиться назад – чтобы стать более цельной, более совершенной. Я должна победить боль – не только свою, но и боль всего мира.

Д.: Но это так по-человечески – чувствовать боль. Хотя, когда ты в физическом теле, это в действительности тяжело и подчас даже непереносимо. С той стороны вещи кажутся иными, более простыми, что ли. Так ты думаешь, что это именно тот урок, который тебе предстоит из этого извлечь?

С.: Да, и я его извлеку. Возможно, на это понадобится немало времени, но я готова на все. Мне надо было быть более сильной, более твердой и решительной. Но во мне сидел страх… Он поселился во мне после тех болезней, которые я перенесла в детстве. И я боялась, как бы мне опять не стало так же плохо, как тогда. И… и я сдалась… Боль…

Когда ты выходишь на более высокий уровень сознания, когда ты погружаешься в этот яркий небесный свет, в этот мир чистой мысли – боль исчезает. Боль – это урок, который попросту надо усвоить. Когда боль овладевает нами там, в земной жизни, на чисто человеческом уровне, мы буквально слепнем и становимся как безумные, выплескиваем ее вовне и заражаем ею окружающих. Но если мы сможем отстраниться от нее, сможем сконцентрироваться, проникнуть в нее и будем терпеливы, мы сможем подняться над болью, стать выше нее.

Д.: Значит, боль нужна? Зачем?
С.: Боль-это наука, это тот ремень, при помощи которого нас учат уму-разуму. Учат кротости и смирению. Если дух чересчур высокомерен, то порой ему полезно облечься в материю, чтобы, испытав муки и страдания, научиться быть более терпимым и снисходительным. Люди учатся через боль преодолевать ее, быть выше боли. Иногда достаточно понимать, что такое боль и почему нам больно, и от одного этого станет легче.

Д.: Но, как ты сказала, когда людьми овладевает боль, они становятся как безумные, а в этом состоянии они навряд ли будут способными понять, что такое боль, и справиться с ней.

С.: Потому что они слишком эгоистичны. Боль делает их эгоистами. Им необходимо подняться над собственными эмоциями, стать выше собственных интересов, вознестись сознанием на более высокий духовный уровень – и тогда они смогут одолеть боль. Правда, есть и такие, для кого боль попросту удобная отговорка или ширма. Они используют боль как лазейку, как повод уйти от ответственности или, напротив, как способ самоутвердиться и привлечь к себе внимание, и в этом – смысл боли. Их боли, разумеется.

Все зависит от человека. Ведь в чем суть боли? Боль сможет завладеть вами, если вы ее к себе подпускаете, если изначально настроены на то, что вам будет больно. Как только вы это допустили, она возымеет власть над вами. А не допустите, так и не будет никакой боли. Она вас попросту не коснется. Так не давайте же ей власти! Чувство боли -это чувство не столь уж и необходимое. Но, повторяю, все зависит от самого человека. Если он вознесется духом, если поднимется на более высокий уровень сознания, боль потеряет над ним власть.

Д.: Значит, люди способны подавить чувство боли, отстраниться от нее?
С.: Естественно. Если только они этого захотят. Однако они не всегда этого хотят. Люди – смешные существа. Им хочется жалости к себе, хочется сострадания, а порой просто хочется как-то наказать себя. Эти вещи каждому знакомы, и будь у людей время, они бы только этому и предавались.

У каждого человека свой путь, и каждый сам должен его найти, ибо, как известно, если ты придешь и скажешь, что лучше идти этим путем, потому что он и короче, и легче, то люди все равно тебе не поверят. Именно потому они должны искать свой путь сами. Вот один из тех уроков, которые людям надо усвоить в земной жизни. Для этого они на Землю и приходят.

Д.: Но больше всего человек боится смерти. Не можешь ли ты сказать, что представляет собой смерть и на что она похожа?

С.: Когда человек находится в физическом теле, для него смерть в действительности тяжелое ощущение. Мучительное и пугающее. И оно до такой степени им овладевает, что он не может без содрогания думать о смерти. Но когда ты умираешь, смерть теряет свою силу и уже не кажется пугающей, и единственное, что остается, – это чувство полной свободы и покоя. Однако люди все время носятся с проблемами…

Жить – это все равно, что тащить на плечах тяжелую ношу, которая мало того что с каждым днем становится неподъемней, но и обрастает грузом проблем, которые ее утяжеляют. А когда умираешь – ты, словно выбрасываешь их в окно и чувствуешь себя невероятно легко и свободно. Именно так выглядит переход от жизни к смерти.

Д.: Мне кажется, люди боятся смерти в основном потому, что не знают, что их там ожидает.

С.: Да, человек всегда боится неизвестности. Именно потому им нужны вера и доверие. Хотя бы немного.

Д.: Что же происходит, когда человек умирает?
С.: Он попросту покидает свое тело, идет туда, где Свет, и оказывается здесь -там же, где я.

Д.:А ты что там делаешь?
С.: Совершенствуюсь.
Д.: А когда выйдешь из Света, куда направишься?
С.: Назад, на Землю.
Д.: Честно говоря, для меня немного странно беседовать с тобой вот так, сквозь время.

С.: Время не имеет смысла. Тут нет понятия времени. Верней, оно здесь и не здесь, везде и нигде, оно всегда одно и то-же.

Д.: Значит, тебя нисколько не беспокоит, что я беседую с тобой из другого времени или с другого плана?

С.: Почему меня это должно беспокоить?
Д.:. Ну, я просто подумала, а вдруг беспокоит… Мне бы очень не хотелось беспокоить тебя.

С.: Ты и не беспокоишь. По крайней мере, себя ты беспокоишь больше, чем меня.

• А вот еще один случай. В этот раз я беседовала с девочкой, жившей в конце XIX столетия и умершей в возрасти 9-ти лет. Когда мы впервые заговорили друг с другом, она вместе с одноклассниками ехала на подводе с сеном на школьный пикник. Рядом с местом, выбранном для пикника, протекал ручей, потому школьники решили искупаться.

Девочка плохо умела плавать, собственно, почти совсем не умела плавать, боялась воды, но не хотела, чтобы одноклассники узнали об этом, потому как боялась, что они будут над ней смеяться. А так как у некоторых из них были с собой удочки, то девочка решила притвориться, будто занята ловлей рыбы, и тем самым скрыть от всех, что она не умеет плавать.

Эта мысль так ее изводила и не давала ей покоя, что она не чувствовала никакой радости от пикника. Чтобы понапрасну ее не беспокоить, я попросила ее перенестись во времени на несколько лет вперед и какой-нибудь другой важный для нее день. Не успела я закончить отсчет, как неожиданно услышала радостное восклицание: «Меня там больше нет! Я – среди Света!» Удивившись столь необычному началу, я, естественно, спросила, что произошло.

С.: (печально) Я ведь сказала, что не умела плавать. Я упала в воду, и меня со всех сторон обступила тьма. В груди у меня все горело. А потом я попросту вышла в Свет, и все прошло.

Д.: Выходит, ручей оказался глубже, чем ты могла подумать?
С.: Нет, не думаю, что он был очень глубоким. Просто я испугалась. Испугалась воды. У меня свело ноги, и я пошла на дно. Да, все произошло из-за того, что я просто страшно перепугалась.

Д.: Ты можешь сказать, где ты сейчас находишься?
С.: Посреди вечности. (В ее голосе по-прежнему слышны детские нотки.)
Д.: Рядом с тобой есть кто-то?
С.: Да, много людей, но они все заняты. Они работают… верней, размышляют над тем, что надо сделать. Я тоже стараюсь не отставать.

Д.: Тебе раньше уже доводилось бывать в этом месте?
С.: Приходилось. Здесь очень тихо, мирно и спокойно. Но мне надо будет возвратится назад. Я должна победить свой страх. Страх, который входит в тебя и парализует. (Теперь ее голос стал более взрослым.) Страх – это чудовище, которое селится в человеческом разуме, нападая на тех, кто живет на Земле. Однако оно оказывает воздействие только на чувственное сознание. А дух ему не подвластен.

Д.: Говоря по другому, когда люди чего-то боятся, они навлекают на себя именно то, чего боятся? Ты это хочешь сказать?

С.: Вот именно! Они навлекают на себя как раз то, чего боятся. Мысль – это энергия; мысль творит, созидает, вершит. Все, что ни происходит, есть результат работы мысли. Правда, отсюда все выглядит куда ясней и проще. Когда видишь, как глупы, пусты и ничтожны те страхи, которые овладевают людьми, недоумеваешь: «Странно, почему они этого боятся?» Но когда страх овладевает именно тобой, он так глубок, так индивидуален и неотделим от тебя, что буквально внедряется в тебя и порабощает твою волю. Так что, пытаясь помочь людям понять и осознать причину их страхов, я, как мне кажется, начинаю лучше понимать свои.

Д.: Что ж, это логично. А знаешь, чего человек боится больше всего на свете? Он боится смерти.

С.: Но в смерти нет ничего плохого. Зачем же ее бояться? В действительности смерть легка. Я не знаю ничего легче. Смерть кладет конец всем заботам и проблемам, пока ты не начнешь все заново и не окунешься с головой в еще большие проблемы.

Д.: Тогда зачем же люди возвращаются назад?
С.: Чтобы завершить цикл. Они должны учиться. Они должны научиться всему, и в первую очередь тому, как бороться с проблемами и преодолевать их, потому как только так они смогут достичь совершенства и обрести вечную жизнь.

Д.: Однако трудная это задача – научиться всему.
С.: Да. Порой это очень утомляет.
Д.: А уж сколько времени на это уйдет!
С.: Ну, отсюда все кажется не таким уж и трудным. Тут я запросто могу контролировать все свои чувства. К примеру, я могу без труда понять причину своего страха, понять, почему я его испытываю. И при этом знаю, что он меня никак не затронет. С людьми несколько по-другому. Там, на Земле, очень трудно избавиться от страха. Он буквально засасывает тебя. То есть становится частью тебя, овладевает тобой, и не так уж просто стряхнуть его с себя, отдалиться и оставаться объективным.

Д.: Это потому, что ты пребываешь во власти эмоций. Сама говоришь, что со стороны видней. Когда смотришь на все со стороны, думаешь: «Господи, как все просто!»

С.: Да, и это в полной мере относится и к страхам. В особенности к чужим. Мне надо учиться терпению, надо учиться жить, страдать и терпеть, пока я не научусь брать от жизни все, что в моих силах. Думаю, мне было бы намного проще, если бы вместо целой череды коротких жизней я смогла бы прожить долгую, насыщенную жизнь, полную тревог и испытаний. Так я потрачу меньше времени.

Потому, прежде чем возвратиться на Землю, мне предстоит основательно осмотреться и выбрать именно такую жизнь, жизнь, полную событий и переживаний, потому как это сократит срок моих дальнейших возвращений на Землю. Правда, вряд ли мне от этого будет легче. Взаимоотношения с другими людьми – незаменимая вещь, ибо помогают многое понять и усвоить. В первую очередь, понять, каков ты сам.

 

 


 

Д.Кэннон 

ред. shtorm777.ru