Иван Грозный

Проклятое наследие — предсказание о Грозном

Со злостью и нелицеприятно, отписал разгневанный патриарх Иерусалимский Марк великому князю Московскому Василию III: «Будешь иметь злое чадо, и царство твое наполнится ужасом и печалью!..»

Такое пророческое проклятие сказанное благочестивым патриархом предвещало Василию III неисчислимые беды. Но царь упрямец не одумался. Он ослушался великого патриарха. И в чем?! В устройстве христианско-смиренной и благонамеренной личной жизни – в то время событие невероятнейшее. Казалось, такого не должно было никогда случиться. Но произошло: великий князь Московский и всея земли Русской подал патриарху Иерусалимскому прошение на развенчание брака – развод с некогда любимой и законной супругой Соломонией. Абсолютно не смущаясь, Василий III сказал, что имеет намерение сочетаться новым и опять же законным браком с юной красавицей Еленой Глинской. И это при том, что в великокняжеском роду Рюриковичей никогда не бывало никаких разводов!

Вот тогда-то патриарх Иерусалимский и отписал в Московию гневное послание, в котором предсказывал, что младенец, который будет рожден после такого злого деяния, и сам будет вместилищем злобы и «опустошит царство своя, ака тать нощная, аспид полунощныя и василиск диавольския». Ах, если бы патриарх ошибался! Однако пророчества, как на грех, сбываются…

А ведь ничего не было предвестником богопротивного события! 4 сентября 1505 год — великий русский князь Василий III Иоаннович венчался с Соломонией Сабуровой по большой и страстной любви. Девицу-красавицу выбрали на царских смотринах, куда свезли со всех уголков страны, по одним сведениям, 500 невест, а по другим – так и вовсе 1 500. Но из всех Василий выбрал Соломонию Юрьевну Сверчкову-Сабурову. В супружестве они прожили ровно 20 лет. Но в 1525 году Василий объявил: раз жена бесплодна, следует развенчаться (то есть развестись) и вступить в новый брак, тем более что новую невесту уже присмотрел – юная красавица Елена Глинская. Такая царская воля шокировала дворцово окружение. Наиболее влиятельные люди выступали против развода, ведь такого никогда не было в царском доме. Венчание являлось таинством Бога, и не в силах человека было его рушить. Но великий князь шел напролом. Митрополита Варлаама который выступил против расторжения брака он лишил сана и отправил в ссылку, так же как и виднейшего деятеля русской культуры – Максима Грека. Не найдя поддержки в своем Отечестве, Василий обратился к вселенским патриархам. Думал, найти сговорчивого. А получил от патриарха Иерусалимского Марка лишь гневное послание да еще и с ужасным пророчеством «злого чада», «которые опустошит царство своя». Нет чтобы прислушаться к предсказанию! А все гордыня да «сатанинская похоть на старости годов», как посмел выразиться вольнолюбивый Максим Грек. Одним словом, весь мир «восстал и был против». Но Василий настоял на своем. Подкупом да натиском он сумел уломать своего «карманного» московского патриарха Даниила, и тот согласился провести церемонию.

1525 год  25 ноября — Василия и Соломонию развенчали. Брошенную жену силком постригли в монахини в Богородице-Рождественском монастыре Москвы. Современники писали, что Соломония сопротивлялась до последнего: «царапалась и не хотела идти добром». Тогда один из бояр-надзирателей ударил ее со словами: «Как ты смеешь противиться воле государя?» И Соломония, сверкнув очами, ответила: «Бог отомстит моему гонителю!» А по Москве стали расползаться страшные слухи, что свершилось не просто развенчание земное, но безбожный обман. Потому как Василий уверял, что ему надо развестись потому, что Соломония не может дать ему наследника. Но это была ложью! Как раз когда ее постригали в монахини, великая княгиня ждала ребенка. И обманщик Василий об этом отлично знал. И это – не легенды и домыслы, а реальные факты. Сохранилось исторические свидетельства двух почтенных женщин – жен казнохранителя Георгия (Юрия) Дмитриевича Малого и постельничего Якова Ивановича Мансурова (Якова Мазура). Они свидетельствовали перед иконами, что Соломония беременна, но их за это сослали со двора, а мужчины еще были биты батогами.

Ну а Соломония от греха подальше была сослана в Суздальско-Покровский монастырь, где у нее и родился сын Георгий. И это опять-таки доподлинно известно, потому как за ребенком Василием были отправлены его доверенные – советник Федор Михайлович Раков, которого звали Третьяком Раком (то есть третьим в своем роду), и дворянин Георгий Никитич Путятин, коего кликали при дворе просто Потатой. Им то и надобно было отнять сына у матери и привезти отцу. Да только разуверившаяся в муже-предателе Соломония не поверила в то, что Василий оставит живым ее дитя. Мудрая государыня объявила всему миру, что ребенок ее, простудившись, умер и был погребен в стенах Суздальско-Покровского монастыря. Отыскались даже свидетели, которые видели, как бедного крошку одели в роскошную распашонку с жемчугами и похоронили в крошечном гробике.

С этой вестью «дознавальщики Рак и Потата» и воротились в Москву. Василий удовлетворился известием, что было весьма странно, хотя бы потому, что его возлюбленная Елена уже больше четырех лет никак не могла подарить мужу наследника. Зато уж когда родила – оправдала предсказание патриарха Марка. Да, патриарх Иерусалимский не ошибался: от брака Василия III и Елены Глинской на Руси родился мучитель – Иван Грозный.

Впрочем, история на этом не заканчивается. Прошли столетия, и в 1934 году проводя реконструкцию Суздальско-Покровского монастыря рабочие обнаружили старинный полуистлевший крошечный гробик. Срочно были вызваны историки, которые предположили, что это останки несчастного сына Соломонии. Но истинная сенсация ждала после вскрытия гробика: никакого младенца там не было! Там находилась тряпичная кукла в распашонке, расшитой жемчугом (!). Находку передали в Суздальский музей, где она находится и сегодня. Но историю Соломонии пришлось пересмотреть заново. Выходило, что ее ребенок не умирал. Просто хитрая и храбрая мать спрятала его от ока Василия, передав верным людям и вместо младенца захоронив тряпочное «чучело».

Впрочем, как полагают современные историки, Василий III знал, что у него родился сын. На это косвенно показывает тот факт, что осенью 1526 года он отписал по дарственной старице Софье, бывшей Соломонии, богатую вотчину в Суздале: «село Вышеславское с деревнями». А в Воскресенской летописи значится: «Того же лета поставил Князь Великий… церковь камену у Фроловских ворот Кремля Святого мученика Георгия». И снова выходит, что Василий знал о рождении своего первенца Георгия. Но еще получается, он осознавал, что сын может погибнуть в престолонаследных интригах, и был не против того выхода, что нашла Соломония.

Однако было одно но – царь Иван Грозный, когда пришел к власти, потребовал все бумаги по рождению своего старшего брата. Получив их, он все уничтожил. На листах «Описи царского архива» осталась помета: «Взял Государь к себе». Но более никто этих бумаг и не видел.

А вот в памяти Ивана Грозного они остались. И всю жизнь он боялся, что когда-то явится истинный наследник престола – первенец Василия III – и потребует вернуть себе власть, законную по первородству. И это была еще одна капля, которая отравляла грозному царю жизнь и толкала на звериные поступки, тем более что о выросшем младенце Георгии в то время шепталась вся страна. Верил народ, что вырастили его верные царице Соломонии люди. И всем, кто противостоял царю-опричнику, народ охотно приписывал «первородство Васильевича» – от лихого разбойника Кудеяра до князя Андрея Курбского. Так что Ивану Грозному было от чего постоянно поминать папеньку недобрым словом.

 


 

Елена Коровина

ред. shtorm777.ru