Де Монтеспан

Интриги Маркизы де Монтеспан

Франсуаза Атенаис де Рошешуар де Мортемар (рожд. 5 октября 1641 года, смерть 27 мая 1707 год), в истории известна как маркиза де Монтеспан — официальная фаворитка французского короля Людовика XIV.

Франсуаза Атенаис, в девичестве де Тоннэ-Шарант, урожденная герцогиня де Мортемар из рода Рошешуаров, маркиза де Монтеспан. Фаворитка Людовика XIV, здесь, в отличие от других фавориток короля, налицо высшая знать королевства, а не рядовое, по сути, провинциальное дворянство.

В семье Мортемар Франсуаза была не единственный ребенок. Ее брат – Людовик Виктор де Рошешуар, герцог Вивонь, был флигель-адъютантом короля. Старшая сестра – Габриэль, маркиза де Тианж, выйдя замуж за Клавдия де Дама, стала придворной дамой, а младшая сестра – Магдалина – была аббатисою женского монастыря Фонтерво.

Когда Франсуаза в первый раз прибыла ко двору, ей было 22 года и она уже была замужем. 1663 год — девица Тоннэ-Шарант была выдана замуж самим королем Людовиком за камергера двора герцога Орлеанского Генриха Людовика де Пардайян де Гондрен, маркиза де Монтеспан и была пожалована в статс-дамы. Ее внешний облик отвечал по тем временам идеалам красоты – она была полной, светловолосой, с голубыми глазами.


Прибыв ко двору, молодая жена сразу же обратила на себя внимание монарха. Вначале маркиза делала вид, что пристальное внимание Людовика ей досаждает. Но в скором времени она ответила государю взаимностью, а маркиз все продолжал устраивать Людовику сцены ревности, жаловаться на него придворным, вламываться в кабинет к королю, дабы застать его со своей Франсуазой.

Однако двор уже жил по законам новой морали и, конечно же, был на стороне обожаемого короля. Неуступчивого маркиза все по-дружески уговаривали образумиться. К советам маркиз не прислушивался – он даже хотел не отказываться от детей Людовика и Монтеспан, которые по закону принадлежали ему, и увезти их с собой в Гнеинь. (Первенец королевской крови Луи-Огюст, будущий герцог Мэнский, родится в 1670 г. Всего детей будет четверо: Луи-Огюст, которого король отдаст в мужья принцессе Конде, граф Тулузский и две дочери – одна выйдет замуж за принца Конде, вторая – за герцога Шартрского, будущего герцога Орлеанского. Таким образом, дети маркизы породнятся с самой высшей знатью. Кроме этого, король легитимирует всех четверых с правами принцев крови, а после специальным эдиктом признает их право на престол.)

В конце концов Людовику это надоело, и он засадил маркиза в Бастилию. Правда, ненадолго. В скором времени маркиза выпустили из Бастилии и выслали в свои поместья. Здесь он объявил о кончине жены и устроил ей похороны – пустой гроб закопали в землю и на надгробном камне высекли имя маркизы.

При наличии такого рода отношений среди супругов их развод был довольно затруднительным, хотя монарх на этом и настаивал (именно потому, что Монтеспан была замужем, она так и осталась маркизой, а не стала, к примеру, герцогиней как Луиза де Лавальер). Но свобода неверной жене была предоставлена – генеральный прокурор Парижского парламента принял решение о прекращении брачного союза супругов де Монтеспан.

При дворе маркиза де Монтеспан имела прозвище «султанша», которое произносилось шепотом, потому что ее боялись. Она была злопамятной, остроумной, любила славу и не прощала насмешек над собой, сама любя высмеивать всех. Она была человек крайностей, признавала только любовь или только ненависть.

Король-солнце

Людовик XIV (1667)

Монарх ей во всем потакал, женщины усваивали изящество ее тона, разговора, манер, носивших некий отпечаток необычной привлекательности. В дальнейшем этот период, начавшийся, когда при дворе господствовала маркиза, войдет в историю с названием галантного века. На земле создавался рай, естественно, не для всех, а для избранного общества, для которого единственно возможным стилем жизни стала повышенная общительность, балы, вечеринки и увеселения – словом, большой бесконечный праздник.

Жизнь проходила в непрекращающемся потоке удовольствий и развлечений. Все подчинялось любви, а сама маркиза де Монтеспан была ее олицетворением, ее идеалом и ее главной жрицей. Целые десять лет Франсуаза будет царствовать в сердце государя. Целое десятилетие двор будет жить под властью деспотичной, капризной женщины, тщеславной и самовлюбленной. В ее присутствии даже у герцогинь не было права сидеть на стульях, а лишь на табуретах.

Ее покои в Версале были в два раза больше, чем покои французской королевы. Маркиза де Монтеспан имела собственный двор, который посещали министры, послы, генералы. Ее желания были законом для короля, а уж тем более для всех остальных.

Маркиза любила играть в карты, и играла азартно. Ее проигрыш всегда оплачивал Людовик, а выигрыш она оставляла себе. За годы своего фавора она потратила из казны столько денег, что ее современник высказался об этом так: «Эта метресса стоила Франции втрое больше, чем все ученые Европы». Только расходы на ее поместье составляли 405 000 ливров.

И при всем том маркиза отличалась большой набожностью – помня о своем грехе, она часто покидала короля, дабы погрузиться в молитвы и уединение, считая, что подобные отлучки с королевского ложа могут примирить ее с Богом.

Такова одна из ее ипостасей – официальная, но была и другая, о которой не только в Париже, но и по всей Франции ходили слухи. Речь идет о ее связи с сектой дьяволопоклонников. Говорили, будто бы она вступила в тайные сношения с колдунами, пользовалась их «чарами», совершала мрачные обряды поклонения, в ходе которых использовалась кровь невинных младенцев, что она заказывала зелья, дабы приворожить монарха и удержать его любовь.

А король был в действительности как опоенный. Вряд ли какой другой король выносил столько от своей любовницы. Она доставляла ему множество хлопот. Ее притязательность, гордость, себялюбие, жажда почета, капризы, непомерная требовательность, ее злоязычие и раздражительность, которые она все чаще срывала на самом Людовике, – воистину короля можно лишь пожалеть.

Ее могущество определяло судьбы людей, формировало этикет и моду. Ее гнева боялись самые высокопоставленные державные вельможи, ибо она могла даровать титулы, звания, состояния, а дерзких и непокорных изгнать и разорить. Даже члены королевской семьи остерегались ее гнева.

Любовь Людовика к маркизе де Монтеспан была преданной, хотя иногда король позволял себе увлечься другой. Маркиза испытывала ревность и ужасно злилась, однако новая связь монарха быстро заканчивалась, и он вновь был с маркиза де Монтеспан. Это опьяняло ее, внушало уверенность в своем всемогуществе и вседозволенности, которые будут всегда. Она не могла и предположить, что своими руками разрушит свое счастье и что сама познакомит короля со своей преемницей. Ей окажется госпожа Скаррон – воспитательница ее старших детей от короля.

Маркиза де Ментенон

Мадам де Ментенон (фаворитка короля)

Франсуаза знала Скаррон давно, когда еще находилась при муже-маркизе. Ей запомнились почтительное обращение, угодливость, ум и любезность Скаррон, и когда родились ее первые дети, то фаворитка короля вспомнила о ней. Скаррон купили дом в столице, дали деньги, и она занялась воспитанием королевских детей. Поздней дети были привезены во дворец к Франсуазе, признаны монархом и утвердились при дворе. Вместе с ними здесь утвердилась и их воспитательница. Людовик не жаловал Скаррон вниманием, а небольшие подарки он дарил воспитательнице только в угоду маркизе.

Когда Ментенонская земля поступила в продажу, Монтеспан добилась от государя согласия на приобретение ее для госпожи Скаррон. Став владелицей этой земли, госпожа Скаррон приняла фамилию Ментенон, с которой она и вошла в историю в качестве последней фаворитки короля.

Капризы и раздражительность маркизы де Монтеспан, ее вздорный нрав и несдержанность приносили монарху страдания. Он все еще любил маркизу и именно от нее узнал, что де Ментенон часто упрекает ее за капризы и сочувствует королю. Да и со стороны до него также дошли сведения о ее стараниях укротить его возлюбленную. Король оценил это и начал уделять бывшей воспитательнице больше внимания.

Он много беседовал с ней, начал делиться своими горестями и недовольством и даже советоваться. Ментенон ловко воспользовалась этим доверием и мало-помалу оттеснила г-жу де Монтеспан, которая слишком поздно это заметила. Достигнув особого положения, Ментенон, в свою очередь, стала жаловаться королю на все, что ей приходится терпеть от маркизы, и в скором времени она смогла окончательно занять место Монтеспан и навсегда укрепить его за собой.

Когда в 1678 г. маркиза де Монтеспан уехала на воды на курорт Бурбон-л’Аршамбо на несколько месяцев, Ментенон стала официальной фавориткой короля. Возвратившись с вод Франсуаза была поставлена перед свершившимся фактом. Какое-то время они «существовали» втроем. Монтеспан никак не хотела признать, что ее место в сердце Людовика заняла женщина менее красивая, чем она, и старше ее возрастом. А монарх, устав от шума и энергии де Монтеспан, уже в возрасте, хотел тишины и покоя. Ментенон ему это дала. Как и представление о размеренной, нормальной жизни без излишеств и различных выкрутасов.

Маркиза де Монтеспан стала стремительно уходить в тень. Ее падение стало лишь вопросом времени. И тут ей был нанесен еще один – последний, завершающий удар. Она оказалась замешанной в «деле о ядах»! Расследование этого дела началось в 1677 г. Естественно, пока Монтеспан была в силе, никто не смел выдвинуть против нее никаких обвинений. Хотя после ареста нескольких «колдуний» вскрылось, что она – вкупе с племянницами Мазарини, графиней Суассон, герцогиней Буйон, маршалом Люксембургом, многими придворными, крупными чиновниками – входила в сообщество убийц-отравителей.

Во главе этого «кружка любителей фармакологии» стояла знаменитая отравительница Вуазен (она была сожжена 22 февраля 1680 г., еще 35 человек разделили ее судьбу). И вот теперь дочь Вуазен – Маргарита – обвиняла Монтеспан в том, что она хотела отравить монарха. Обвинения были выдвинуты довольно своевременно.

Ментенон формальным образом выживала ее из дворца, в котором она появлялась, но король уже не желал и боялся с ней встречаться. Постепенно боязнь прошла, однако желания общения уже не возникало. Хотя Людовик и встречался с маркизой почти ежедневно, но старался сделать эти визиты как можно короче. Наконец архиепископ Боссюэ, который и ранее добивался от монарха периодического прекращения его связи с Франсуазой, на этот раз окончательно уговорил Людовика удалить маркизу от двора.

Шел 1691 год. Королевский приказ, который все боялись передать маркизе де Монтеспан, взялся донести до нее ее сын – герцог Мэнский. Он давно был на стороне Ментенон и теперь доказывал свою крайнюю лояльность. За это вдова Скаррон «усыновила его в своем сердце» и, потому как своих детей у нее не было, относилась к нему как к сыну, всегда ему протежируя. С этого дня мать и сын будут питать друг к другу ненависть до самой смерти маркизы, которая нисколько не огорчит ее сына.

В свое время маркиза построила в Париже дом для сообщества Дев Св. Иосифа, которое она учредила для образования молодых девушек и обучения их разным рукоделиям. Теперь она поселилась здесь и через какое-то время предалась Богу. 1707 год — она поехала в очередной раз на воды, поехала с уверенностью в скорой смерти. Потому она раздала все свои деньги на пенсии и милостыни, дабы зависевшие от нее не пострадали бы в результате ее смерти.

В ночь на 27 мая она почувствовала себя плохо. Перед самой смертью она поблагодарила Бога, что умирает далеко от детей ее греха. Тело ее было перевезено в Пуатье и опущено в фамильный склеп.

 

 


 

Ю.Лубченков

ред. shtorm777.ru