Биография Марии Долгорукой

Биография Марии Долгорукой

Что известно о Марии Долгорукой

Княжна Мария Долгорукова (Долгорукая) (рожд. ок. 1555 г. — смерть 12 ноября 1573 г.) — пятая жена царя Ивана Васильевича Грозного.

Самый сомнительный персонаж в списке жен Ивана Грозного.. Якобы в ноябре 1573 г. царь взял в жены 14- ти летнюю Марию Долгорукую. Но в брачную ночь государь обнаружил, что его пассия не является девственницей. Разгневанный монарх велел привязать Марию к повозке с лошадьми, которую направили в озеро, где несчастная и утонула. Но в большинстве своем историки считают, что эта история миф…

Страшная смерть

Осенним днем, когда тонким льдом уже покрылись реки и пруды, жители Александровской слободы стали очевидцами жуткого происшествия: разгоряченные кони, впряженные в летний возок, вынеслись на середину покрытого тонким льдом пруда. Повозка провалилась. Раздался душераздирающий женский крик – в возке кто-то был, и девушка не смогла спастись…

Возок пошел на дно! Так ушла из жизни 5-я жена великого государя Ивана Грозного – Марья Долгорукая.


Как все начиналось

Марья Долгорукая в те времена была в сенных боярышнях у государыни Анны. И было ей 15 лет. Красота полной, яркой девицы мало кого могла оставить равнодушной! Приглянулась Марья и самому царю Ивану Грозному, который надумал жениться, а поэтому все время пребывал в посте, для очищения тела от скверны…

И вот царь дважды наведывался к княжне Марии Долгорукой и приходил не с многочисленной свитой опричников, как, обычно, любил наведываться к лучшим людям, что больше напоминало негласные смотрины. Прощаясь, Долгорукие высыпали на улицу всем двором и долго кланялись в спину удаляющемуся московскому государю.

В скором времени послал в дом князя Долгорукого огромный сдобный кулич… Мог ли подумать Иван Долгорукий, что породнится с самим царем через Марью?

Свадьба

Впрочем, брак этот оказался печальней всех предыдущих! Хотя свадебный пир был очень веселый – столы были вынесены на улицы столицы, и столы эти были заполненные хлебом, мясом и рыбой, а также десятками бочек пива и браги. Со всех земель съехались бояре и князья. От выпитого иные валились под столы, и торжество уже продолжалось без них. Боярская челядь ходила меж столов и вытаскивала упившихся господ…

Царица сидела величаво, взирая на всех свысока. Царю девица нравилась: ее пышное тело будило в нем молодые желания. А потому государю не терпелось уже отправится в опочивальню с молодой женой…Там как раз бояре постелили английские шелковые простыни – подарок английской королевы Елизаветы…

Иван Васильевич Грозный

В постели с грозным царем

Что же случилось дальше? А дальше государь оказался недоволен. Нет, Марья полностью соответствовала стандартам, предъявляемым царем к очередной невесте: и лицом пригожа, и ростом хороша. Однако в первую же ночь вместо досадной неловкости, присущей неопытной девице, она поддалась чувственной страсти. Ивану это показалось очень и очень подозрительным! Кто научил девицу таким штукам? Кто мог прикасаться к царице раньше него?

Царь учинил допрос. Марья плакала и божилась, что ввечеру еще была невинна, но государь не поверил…

На утро

Утром царь вышел в приемную палату с нахмуренным лицом. Все насторожились, хотя никто не мог знать причин мрачного настроения новобрачного. Выслушав несколько докладов, государь махнул рукой и ушел к себе. В скором времени по дворцу разнеслась весть, что царь с царицей уезжают. Скрипя полозьями по свежему снегу, царский поезд покинул Кремль и направился в Александровскую слободу. Там в то время был обширный пруд, переполненный рыбой. Этот пруд носил название «Царского», потому как из него поставляли рыбу на царский стол. Тесный, но уютный дворец Александровской слободы был любимым местом отдыха государя.

В Александровской слободе

Юная царица с любопытством смотрела на народ, который приветствовал царский поезд низкими поклонами. Такие почести ей воздавались впервые. Скоро стали видны приземистые постройки Александровской слободы. Возки въехали в дворцовую ограду и остановились у узорчатого крыльца. Иван, не проронивший во время пути ни слова, молча вылез из возка и, не отвечая на поклоны дворцовых людей, отправился в свои хоромы.

Спустя полчаса обитатели Александровской слободы шепотом передавали друг другу о новой, непонятной затее государя: десятки людей собрались на не совсем окрепшем ледяном покрове Царского пруда и начали вырубать огромную полынью. По слухам, царь выразил желание ловить в озере рыбу. Царские причуды давно перестали удивлять его подданных, но царская рыбная ловля в зимнее время, при сильном морозе, все-же показалась чересчур странной, и к пруду стали стекаться толпы любопытных.

Биография Марии Долгорукой-1

Казнь новой царицы

К полудню добрую треть пруда очистили от льда. У края полыньи было поставлено высокое кресло. Пешие и конные ратные окружили пруд, не допуская на лед никого постороннего. Приближались сумерки, когда распахнулись ворота дворца, и оттуда показалось странное шествие. Впереди на коне ехал государь. За ним следовали пошевни, на которых лежала царица Марья. Она была без памяти. Самодержец въехал на лед, сошел с коня и уселся в кресло.

Потом царь обратился к народу, сообщив, что Долгорукие изменили государю, повенчали его на княжне, а княжна еще до венца слюбилась с кем-то, и о том царю ведомо не было. И решил самодержец ту Марью отдать на волю Божию.

После чего один из опричников стеганул лошадь, впряженную в возок, и те, конечно, понеслись вперед. Спустя несколько секунд раздался всплеск, полетели брызги, и лошади упали в ледяную воду.

Конечно, молодая царица не смогла выплыть, а когда вода, в конце концов, успокоилась, царь поднялся с кресла и сказал:

– Воля Господня свершилась.

Жители слободы, потрясенные казнью новой царицы, пугливо ютились по домам.

Речь при этом шла не о государственном преступнике, не о плененном враге, а о молодой царице, чей брак с государем еще недавно все так весело праздновали…

После казни Марьи Долгорукой, Иван вновь превратился в игумена. Вновь начались долгие ночные богослужения, совершавшиеся в храме Спаса на Бору, а за службами следовали оргии. У Ивана Грозного все чаще случались истерические припадки, во время которых он был окончательно невменяем. За припадками как правило следовал полный упадок сил, а после начинались галлюцинации.

В один из таких припадков ему померещилось, что на позолоченном куполе церкви Александровской слободы сидит утопленная Марья Долгорукая. Это было ночью. Самодержец немедля приказал провести по куполу черные полосы.

Александровская слобода. Пруд

Старый пруд в Александровской слободе

После казни

Сам государь, по свидетельству очевидцев, «превратился в собственную тень». Зато теперь он по крайней мере соблюдал внешние приличия: регулярно выходил утром в приемную палату, выслушивая доклады и накладывая резолюции, в которых начала проявляться даже некая мягкость, до этого абсолютно чуждая Ивану IV, прозванному Грозным. А подчас, прямо посреди какого-то важного разговора, государь вдруг начинал плакать…

Опричники, желая хоть как-то порадовать мрачного монарха, схватили Петра Долгорукого, брата утопленной Марии. Ни в чем не повинного княжича, как водится, подвергли жестоким пыткам, пытаясь добиться, чтобы он назвал «лиходея, погубившего царицу». Но, мужественно терпя страшные мучения, Петр Долгорукий неизменно отвечал: «Сестру Марию погубил только один лиходей — царь Иван Васильевич».

Верные псы государевы доложили о неслыханной дерзости княжича. Самодержец внимательно выслушал доклад и велел: «Отпустить Петра Долгорукова в его вотчину. Да не поставятся ему в вину прегрешения его сестры, за кои он ответ держать не может».

Вроде бы были произнесены нормальные слова, но государево окружение было поражено ими. В действительности, это ужасно, когда людей потрясает простая снисходительность, но уж, видно, Иван так приучил всех к своим бесчеловечным выходкам, что другого от него и не могли ожидать. А когда случайно видели иное, пугались. Один только Василий Умной-Колычев, новый государев фаворит, недавно сменивший погибшего Малюту Скуратова, лучше всех знавший изменчивый нрав своего грозного хозяина, не поразился, а решил поступить по-своему: пошел в темницу, где без чувств лежал полумертвый Петр Долгорукий, и своими руками перерезал ему горло. А самодержцу потом сообщил, что произошло непоправимое, и княжич Петр «скончался от неведомой хвори».

Убийца был абсолютно уверен, что исправляет ошибки своего господина.

И он, по большому счету, не ошибался. Молитвенное настроение царя длилось недолго, и где-то спустя две недели после смерти Марии Долгорукой в Кремле началась совсем другая жизнь. Будто по приказу замолкли колокола, черные одежды вмиг исчезли, и бешеной лавиной понесся прежний разгул, в скором времени превратившийся в откровенный разврат.

Оставшиеся в живых государевы приспешники никогда еще не доходили до такой безнаказанной наглости, какая бурной волной захлестнула столицу в этот период. Насильственным смертям опять не стало числа, и все более-менее зажиточные люди в панике спешили покинуть Москву или по крайней мере увезти из нее куда подальше жен и дочерей. Впрочем, удавалось это немногим, и число жертв кровавых расправ совсем обезумевшего Ивана Грозного росло день ото дня, час от часа.

Всякая осмысленная государственная деятельность в царском дворце прекратилась. Все дела по своему усмотрению вершили дьяки и думские бояре. Самодержец же, измученный ночными попойками, вставал поздно, временами уже после обеда. Его лицо стало совсем зеленым, и создавалось впечатление, будто он только что вышел из могилы. А его раздражительность доходила просто до каких-то невероятных масштабов. Хватало одного неверного слова, чтобы привести царя в состояние неописуемой ярости, граничившее с полной невменяемостью.

Радость государю доставляло только одно: едва поднявшись с постели, он всякий раз требовал к себе «омывальщиц». Так именовались выбранные им самим красивые молодые женщины, в обязанности которых входило обмывание дряблого царского тела теплой водой и обтирание его ароматическими маслами. Иногда Иван Васильевич принимал эту процедуру лежа, и тогда создавалось полное впечатление печального обряда обмывания покойника.

 

 


 

ред. shtorm777.ru