Тайна Марии Целесты

Неразгаданная тайна «Марии Целесты»

О таинственной судьбе бригантины «Мария Целеста» уже написано и рассказано столько, что сейчас уже и не отличить где в этой истории правда, а где вымысел. В поисках ответов на эту загадку было выдвинуто десятки разных версий, вплоть до самых фантастических, но никто по сей день не знает и, вероятно, уже никогда не узнает, что могло произойти на борту судна в действительности…

• • •

…1872 год, 13 декабря, утро – двое людей в фуражках офицеров торгового флота зашли в кабинет командира гибралтарского порта.

— Мое имя Морхаус, — представился тот, что был выше ростом. — Я капитан американского корабля «Деи Грация», которое вчерашним вечером прибыло в порт. А это мой помощник Оливер Дево. Я пришел к вам с докладом, при каких обстоятельствах мне довелось повстречать бригантину «Мария Целеста», на которой не оказалось команды…

Рассказ Морхауса:

Его корабль совершал рейс из Нью-Йорка в Геную. В полдень 4 декабря 1872 г. капитан, как всегда, определил по солнцу свои координаты — «Деи Грация» находилась на 38°20′ с. ш. и 13°37′ з. д. До Гибралтара оставалось пройти меньше 400 миль. Капитан уже собирался сойти с полуюта, как вперед смотрящий доложил, что увидел впереди по левому борту парус.

Через несколько минут уже различался силуэт небольшого судна. Судя по оснастке, это была бригантина — 2-х мачтовое судно с прямыми парусами на передней мачте и косыми, как у шхуны, на задней. Бригантина с американским флагом, шла на одном только кливере и кормовом фоке, все остальные паруса были убраны.

«Я сразу отметил, что судно плохо держится курса, двигаясь вперед зигзагами, — говорил капитан Морхаус. — Когда наши суда немного сблизились, я приказал поднять сигнал, сообщив международным кодом название своего корабля, порт отправления и порт назначения. Ответа не последовало. Тогда я отдал приказ просигналить: „Нуждаетесь ли вы в помощи?“ Снова никакого ответа. Подойдя поближе, я рассмотрел, что на палубе никого нет, я прочитал на борту бригантины ее название: „Мария Целеста“»…

Морхаус знал это судно: капитана «Марии Целесты» Бенджамина Бриггса он знал еще с детских лет. Оба они почти в одно и то-же время стали капитанами, оба в один и тот же год женились. И в этот роковой рейс они также отправились почти одновременно: «Мария Целеста» вышла из Нью-Йорка 7 ноября, «Деи Грация» — 15 ноября.

Но почему не отвечает Бриггс? Удивленный и даже обеспокоенный, Морхаус распорядился лечь на обратный курс и догнать корабль, следующий в западном направлении. Подойдя ближе, он отправил на бригантину старшего помощника Оливера Дево и двух матросов.

Шлюпка подошла к борту «Марии Целесты». Люди с «Деи Грация» стали звать экипаж, но на их призыв никто не отозвался. Тогда они вскарабкались на палубу по свисавшим через борт тросам.

На «Марии Целесте» царила странная тишина. Корабль весьма резво шел вперед, кренясь на правый борт. У штурвала никого не было, и он крутился из стороны в сторону. Мачты и рангоут были в полном порядке. Фок и верхний фор-марсель, как видно, сорвал ветер. Спущенный грот-стаксель лежал на крыше носовой рубки. Поставлены были лишь кливер и фок-стаксель, а остальные паруса убраны.

Дево и его матросы осмотрели всю бригантину, от палубы до трюма. Людей не было нигде — ни живых, ни мертвых. Люк носового трюма был почему-то открытым. Его деревянные лючины лежали рядом на палубе. Груз, состоящий из 1 700 бочек коньячного ректификата, оставался нетронут. Между бочками плескалась вода. Уровень воды в трюме был около метра.

Второй трюм также был открыт. Его крышки были аккуратно сложены. В этом трюме тоже была вода. Дево обратил внимание на то, что все шесть окон кормовой надстройки были закрыты брезентом и досками.

В капитанской каюте световой люк был открыт. Палуба, переборки и все вещи в каюте были влажные. Судовых документов не было. Отсутствовал также секстант, хронометр и навигационные книги.

Дево отправился в коридор и открыл двери соседней каюты — старшего помощника. Тут было сухо. На столе находился открытый судовой журнал «Марии Целесты». Последняя запись в нем относилась к 24 ноября 1872 г. В ней было сказано, что в полдень этого дня судно находилось, по астрономическому счислению, в точке с координатами 36°57′ с. ш. и 27°20′ з. д. — то есть примерно в ста милях к западу от Азорских островов. Но теперь «Мария Целеста» была в 500 милях к востоку от них!


В кают-компании на столе были аккуратно расставлены тарелки и чашки, лежали ложки, ножи и вилки. У иллюминатора была швейная машинка, а на ней — бутылочка с машинным маслом, и это было явным свидетельством того, что море все эти дни было спокойное, иначе бутылка давно бы упала. На полу были разбросаны детские игрушки.

На письменном столе Дево увидал грифельную доску, на которой судоводители как правило делали черновые пометки, перед тем как делать запись в вахтенный журнал. Из этих записей следовало, что 25 ноября 1872 г. в 8 часов утра судно находилось в шести милях к зюйд-зюйд-весту от острова Санта-Мария (один из группы Азорских островов). В ящиках стола находились чьи-то драгоценности и две пачки денег — фунты стерлингов и доллары.

В носовом кубрике рундуки матросов были в полном порядке, зюйдвестки развешены по стенам, на веревке сохли робы матросов. Оставлены были даже курительные трубки, чего не сделал бы в здравом уме и твердой памяти ни один моряк. В кладовой хранились запасы провианта, которых хватило бы на полгода. Продолжая осмотр, Дево установил, что спасательных шлюпок не было. Все говорило о том, что если бригантина была оставлена экипажем по каким-то причинам, то это произошло совсем недавно…

Выслушав доклад помощника, капитан Морхаус сам отправился осмотреть бригантину, после чего поручил трем своим матросам вести его следом за «Деи Грация» в Гибралтар. Они прибыли туда вечером 12 декабря…

Королевский юрисконсульт в Гибралтаре Салли Флуд, исполнявший одновременно обязанности и главного прокурора, назначил для расследования обстоятельств этого загадочного дела специальную комиссию. В первые же дни установили такие факты:

«Мария Целеста» вышла 4 ноября 1872 г. из Нью-Йорка в Геную под командованием капитана Бенджамина С.Бриггса с грузом коньячного ректификата. Команда была укомплектована полностью. При отплытии на бригантине находились капитан Бриггс с женой и 2-х летней дочерью Софи, старший помощник, боцман, шесть матросов и кок — всего 12 человек.

Корабль находился в хорошем состоянии. Бригантину построили в Новой Шотландии, на острове Спенсер, в 1862 г. Строителем «Марии Целесты» был известный корабельный мастер Джошуа Дэвис. Водоизмещение корабля — 282 тонны, длина — 30 метров, ширина — 7,6 метра и осадка — 3,5 метра. Судно совершило немало успешных переходов через Атлантику и считалось одним из лучших парусников на северо-восточном побережье Америки. Тем более удивительным и необъяснимым выглядело странное исчезновение команды корабля…

Вне всякого сомнения, шторм не мог быть причиной трагедии. Один из главных доводов — масленка на швейной машинке. При шторме судно испытывало бы сильную бортовую и килевую качку, в результате этого масленка соскользнула бы с гладкой полки на пол. Это произошло бы и с тарелками, которые стояли на столе в кают-компании. Следовательно, команда покинула бригантину в те дни, когда море было спокойное. Но что вынудило моряков пойти на такой шаг?

Первая версия, которую рассмотрело следствие, был бунт на корабле. На борту бригантины обнаружили шпагу с бурыми пятнами на острие. Такими же пятнами была покрыта в нескольких местах и палуба. «Это кровь», — заявил прокурор. Но анализ показал, что это обычная ржавчина или следы вина. Прокурор настаивал на своем: «Матросы „Марии Целесты“ напились и подняли бунт. Они убили капитана, его жену, дочь, возможно, еще помощника и боцмана, и выбросили трупы в море. После, протрезвев и увидав, что они натворили, матросы покинули судно и были подобраны в море каким-либо кораблем».

Эта гипотеза выглядела, в общем то, убедительно, но ее нельзя было ничем ни подтвердить, ни опровергнуть. Однако если преступники живы, то они должны были где-то объявиться! Из Гибралтара в Нью-Йорк, Лондон и во все английские и американские консульства разослали срочные депеши: в случае, если обнаружат людей с «Марии Целесты», их предписывалось сразу задержать и допросить. Забегая вперед, скажем, что никого из членов экипажа судна больше никто никогда не видел…

В скором времени из Нью-Йорка в Гибралтар прибыл Джеймс Х.Уинчестер, владелец бригантины. Осмотрев корабль, он сообщил, что обнаруженная на корабле фисгармония принадлежала миссис Бриггс, которая взяла ее с собой, чтобы развлечься во время плавания. А из двух положенных по штату спасательных шлюпок одна была сломана еще во время погрузки и ее не успели поменять, так что «Мария Целеста» ушла в рейс с одной шлюпкой. Больше ничего нового установить не удалось.

Расследование было закончено. Бригантина ушла в новый рейс с новым экипажем, но судьба пропавших людей не переставала волновать многих. Следствие не смогло прийти ни к какому определенному мнению, отметив только следующее:

«Обстоятельства дела вызывают весьма мрачные опасения, что капитан корабля, его жена, ребенок и, может быть, старший помощник были убиты озверевшими от выпивки матросами, которые, вероятно, получили доступ к бочкам со спиртным, составлявшим значительную часть груза. Судя по всему, «Мария Целеста» была покинута экипажем в период между 25 ноября и 5 декабря; экипаж или погиб в море, или, что более вероятно, был подобран кораблем, направлявшимся в один из портов Северной или Южной Америки или Вест-Индии».

Общественность не удовлетворилась такими выводами. Одна за другой стали появляться новые версии произошедшего. Тень подозрения легла на капитана Морхауза и его команду: их обвинили в том, что это они захватили бригантину, уничтожив весь ее экипаж, в надежде получить премию за якобы спасенный корабль (к слову сказать, эту премию они в действительности получили). Утверждали, что еще в Нью-Йорке Морхаузу удалось внедрить на судно своих людей; те завладели «Марией Целестой», убили капитана и матросов, выбросили их тела за борт и в условленном заранее месте начали дожидаться, когда подойдет «Деи Грация».

По другой версии, основным злодеем выступил владелец «Марии Целесты» Джеймс Х.Уинчестер. Это он якобы подговорил матросов убить капитана Бриггса вместе с семьей и затопить корабль, чтобы получить страховую премию, но матросы допустили какую-то оплошность и погибли сами. Вероятно, хитроумный план предусматривал, что когда судно подойдет к Азорским островам, матросы направят его на скалы, а сами заранее прыгнут в море и вплавь доберутся до берега, но неожиданный порыв ветра унес бригантину в море, и она продолжила плавание, а прыгнувшие за борт матросы утонули…

Тема запланированного злодейства так понравилась публике, что газеты наперебой стали скармливать общественности новые варианты этого сюжета, забираясь все дальше и дальше в дебри откровенной фантазии: весь экипаж «Марии Целесты» отравил коварный кок; он выбросил трупы за борт, а после сошел с ума и выбросился в море сам… Нет, они все сошли с ума! Испорченная пища вызвала у экипажа галлюцинации, и люди начали кидаться в море, чтобы спастись от жутких видений… Да, так оно и было, только виновата не пища, а коньячный ректификат: выпитый в неумеренных дозах, он вызовет такие видения, что мало не покажется… Да нет, при чем тут видения! Бригантина была захвачена  мавританскими пиратами, а увидав приближающуюся «Деи Грация», они испугались и бежали, прихватив с собой экипаж «Марии Целесты»… Точно! Только это не пираты напали на корабль, а гигантский осьминог…

Утверждали, что на корабле вспыхнула эпидемия чумы. Капитан с женой, дочерью и старшим помощником поспешно покинули бригантину на шлюпке, которая потом погибла. Оставшаяся на борту команда открыла трюм, добрались до спиртного, перепилась и все попадали за борт… Утверждали, что экипаж оставил корабль из-за мощного смерча, который в море не менее опасен, чем торнадо на суше… По другой версии, подводное землетрясение или что-либо в этом роде вызвало на корабле панику, и команда оставила бригантину. Еще один вариант: невдалеке от Азорских островов корабль наткнулся на «блуждающий остров». Сев на мель, экипаж решил спастись на шлюпках, в результате чего моряки погибли в океане. «Мария Целеста» же после очередной подвижки «острова» снова оказался на плаву…

Предположили также, что бригантина встретила вулканический остров, внезапно всплывший из океанских глубин. Команда высадилась на этот кусочек земли. После повторного толчка или извержения вулкана остров вновь опустился под воду. Команда потонула, а судно без экипажа поплыло дальше подобно «Летучему голландцу».

Наиболее трезвые версии связывали с «пьяной» темой. 1700 бочек спирта на борту — большое искушение для людей, которые оказались на несколько недель оторванными от сухопутной жизни и постоянно подвергающихся опасностям плавания через океан. Вскрытые неизвестно кем трюмные люки — при этом кормовой аккуратно, а носовой кое-как — кажется, свидетельствовали в пользу того, что кто-то из моряков не преминул приложиться к опасному грузу. По другой версии, в носовом трюме бригантины взорвались пары спирта. Взрывом сорвало люковые крышки трюма. Опасаясь последующих взрывов, люди в спешке спустили шлюпку и отплыли от корабля, который каждую секунду мог превратиться в огромный факел. Взрыва больше не последовало, но неожиданно налетевший шквал погнал «Марию Целесту» прочь, лишив людей возможности вернуться на корабль. Шлюпка затерялась в море и погибла…

Через много лет после того, как произошло это событие, объявился человек, заверявший, будто он — единственный из членов экипажа «Марии Целесты», кому удалось спастись. Он рассказал, что капитан вызвал старшего помощника на соревнование: кто быстрей проплывет вокруг бригантины, но их атаковала акула. Матросы с ужасом смотрели на эту сцену, как вдруг на палубу обрушилась огромная волна и всех до единого смыла за борт. Бригантина продолжала идти дальше, а весь экипаж, кроме него самого, утонул… Самозванцы, выдававшие себя за матросов с «Марии Целесты», позже появлялись неоднократно. Даже через 50 лет еще можно было встретить моряков, которые утверждали, будто они плавали с капитаном Бриггсом.

1925 год — Лоренс Китинг из Англии, автор морских романов, в интервью лондонской газете сказал: «Нет больше тайны „Марии Целесты“, я ее раскрыл! В деревне под Ливерпулем я отыскал 80-ти летнего моряка по фамилии Пембертон, который был в то время коком на печально известной бригантине. Он единственный, кто дожил до нашего времени. Я уговорил его рассказать мне обо всем, дал ему денег и объяснил, что за давностью времени его не будут преследовать, что бы он прежде ни совершил. И он мне все рассказал, а я проверил некоторые подробности по архивам разных портов…».

Услышанное Китингом из уст старого кока:

«Морхаус и Бриггс хорошо знали друг друга. При отплытии из Нью-Йорка у Бриггса возникли трудности с комплектованием экипажа, и Морхаус отдал ему троих из своих моряков. В экипаже „Марии Целесты“ был 2-х метровый верзила Карл Венхольт, конюх из Огайо, довольно грубый человек. Из Нью-Йорка „Мария Целеста“ и „Деи Грация“ вышли вместе утром 7 ноября, и на Сан-Мигеле, одном из Азорских островов, назначили встречу, в случае если суда потеряют друг друга из виду. Там Морхаус собирался взять своих матросов обратно.

Обстановка на бригантине становилась тяжелой, потому что на борту оказался еще один несносный человек, лейтенант Халлок, который был взят на должность помощника. Ему дали прозвище Бык из Балтимора. Венхольт постоянно задирал его и получал за это страшные взбучки. Халлок сбивал его всякий раз с ног, а Венхольт клялся отомстить ему.

Халлок ругался и с капитаном, считая, что миссис Бриггс весьма часто играет на своей фисгармонии. Надо сказать, что все на «Марии Целесте» изрядно пили, а капитан Бриггс был человек мягкий и безвольный.

24 ноября бригантина попала в сильный шторм. «Мария Целеста» завалилась на правый борт, все боялись, что она перевернется, но Халлок бросился к штурвалу и сумел спасти положение. Раздалось несколько сильных ударов, по всему кораблю падала мебель и валились вещи. После все услыхали женский крик, долетевший с кормы. Кричала миссис Бриггс, придавленная своей фисгармонией. Когда к ней прибежали, она еще дышала, но ночью скончалась. На другой день ее опустили в море в присутствии всего экипажа.

Бриггс попросту обезумел от горя. Он кричал, что это Халлок убил его жену, так как его раздражала фисгармония. Халлок сходил в кладовую на корме за бутылками, все стали пить и напились до безобразия. И тут Бриггс заявил, что в убийстве его жены повинен не Халлок, а сама фисгармония. Он вынес ей смертный приговор и начал требовать, чтобы ее выкинули в море. Что и было исполнено. Смешная и печальная церемония.

На другое утро судно почти не двигалось. Мы прицепили к носу подобранный в море обломок, какую-то большую сломанную раму с кривыми гвоздями. Халлок понукал матросов бранными словами и побоями, и нам удалось освободить форштевень, потянув раму в сторону. Повреждение на носу не было как будто серьезным.

После все заметили, что нигде нет капитана Бриггса, никто его не видел с самой попойки. Начали искать по всей бригантине, но не нашли. Все говорили, что он, вероятно, выбросился от отчаяния в море. Все, кроме Венхольта, который заявил Халлоку: „Это вы его убили“. Тогда Халлок так врезал ему по физиономии, что тот вывалился за борт. Вот как было дело.

Почти в ту же минуту сигнальщик закричал: „Земля!“ Халлок сказал, что это Сан-Мигел и что мы встретим там „Деи Грация“. И добавил, что если эти типы донесут на него за убийство Венхольта, он также обвинит их в мятеже, и что вообще после всего, что тут произошло, суд никому ничего хорошего не сулит. Лучше все свалить на шторм. Возражений не последовало. У всех прошлое не было настолько блестящим, и они не горели желанием оказаться за за решеткой.

Пристали к острову, но „Деи Грация“ там не оказалось. По той простой причине, что это был не Сан-Мигель, а Санта-Мария, остров, находящийся на 50 миль южней. И тогда Халлок заявил, что с него хватит этого грязного корыта, «Марии Целесты», он оставляет ее, а кто хочет последовать за ним, может это сделать. Двое решили уйти вместе с ним. Халлок приказал спустить нашу единственную шлюпку, все трое сели в нее и направились к порту острова, больше мы их никогда не видели.

Оставшиеся на судне, не были такими бравыми. Моффат, один из трех матросов Морхауса, сказал, что, раз из встречи с „Деи Грация“ ничего не вышло, надо отправляться дальше, прямо на восток, в Испанию. Это нетрудно, и он берется вести бригантину. А уж в Испании мы придумаем себе историю. Шторм, к примеру, как советовал Халлок. Все четверо, кто оставался с Моффатом, включая и меня, были согласны, так как ничего другого нам в голову не приходило.

На рассвете 1 декабря бригантина покинула Сан-Мигель. Три дня нам никто не встречался на пути, а на четвертый день утром мы увидали португальский пароход. Моффат задал вопрос о нашем местонахождении, а потом еще спросил, не встречалась ли португальцам „Деи Грация“. Ответ был получен отрицательный, и пароход удалился.

У всех появилась тревога. А что если, прибыв в Испанию, мы окажемся со своей историей перед строгим допросом? Полиция поймет, что на судне произошло что-то серьезное. Помнится, я был на камбузе, когда услыхал голос Моффата на палубе. Прямо нам навстречу направлялся левым галсом 3-х мачтовик, чертовски похожий на „Деи Грация“. Мы попросту боялись этому верить. И, однако, это была она.

Мы легли в дрейф, и в скором времени капитан Морхаус был у нас на борту. Он также встретил португальский пароход и знал, что мы его разыскивали. Услыхав теперь от нас обо всех происшествиях на корабле, Морхаус немного подумав сказал, что Бриггсу уже ничем не помочь, а потому лучше всего рассказать историю, которая бы нам не повредила, над этим он еще поразмыслит. Вы знаете, какую историю он рассказал. Разумеется, он взял с нас клятву не разглашать тайны, и это было в наших интересах».

Книга Китинга стала настоящим бестселлером. На волне успеха никому не бросились в глаза два обстоятельства: в этом сочинении ничего не говорится о маленькой Софи, которая находилась на судне со своей матерью, а картинный эпизод с фисгармонией, приговоренной к смерти и выброшенной в море, не соответствует истине, потому как инструмент оставался на «Целесте», когда корабль пришел в Гибралтар. Некоторые внимательные исследователи отметили также, что история с накрытым к обеду столом и варившимся в кастрюле цыпленком позаимствована из одной новеллы, напечатанной в «Стренд мэгэзин», а реальные имена членов экипажа «Марии Целесты» не имеют ничего общего с теми, что приводит Китинг.

Следы старого кока Пембертона искали во всех деревнях вокруг Ливерпуля. И не нашли: его попросту не существовало. Так что заявленное Китингом «раскрытие великой тайны Атлантики» — только лишь плод фантазии, весьма ловко замаскированный. Настолько ловко, что он не один год вводил в заблуждение всех, кого интересовала тайна «Марии Целесты»…

 


 

Н.Непомнящий

ред. shtorm777.ru