Гибель линкора Новороссийск

Гибель линкора «Новороссийск»

1955 год, 29 октября — таинственная катастрофа на линкоре «Новороссийск» унесла жизни 609 моряков. Даже по прошествии стольких лет гибель линкора «Новороссийск» остается, пожалуй, самой мрачной страницей в летописи ВМФ СССР. По официальной версии, под днищем линкора взорвалась старая донная немецкая мина, которая пролежала на дне со времен войны больше десятка лет.

Однако есть и другие версии произошедшего — якобы ответственность за гибель судна несут итальянские, английские или даже советские диверсанты. По сей день морские специалисты так и не пришли к одному мнению о причине гибели флагманского корабля Черноморского флота…

XX столетие ознаменовано гибелью крупнейших кораблей Российского флота — линкоров «Императрица Мария», «Новороссийск» и атомных субмарин «Комсомолец» и «Курск». Наверно, меньше всего современному читателю известно о «Новороссийске», который в 1955 году после взрыва на борту затонул в Северной бухте Севастополя. По загадочному стечению обстоятельств «Новороссийск» погиб на том же самом месте, где в 1916 г. взорвался, а потом перевернулся линкор «Императрица Мария» — история как бы повторилась еще раз спустя 49 лет!

То, что трагедия случилась в 1955 году, на долгие годы сделало информацию о ней совершенно закрытой.

Перед трагедией, вечером 28 октября «Новороссийск» возвратился в Севастополь из морского похода и занял место в полумиле от Графской пристани, где как правило проходили все торжественные и праздничные мероприятия Черноморского флота. Но швартовка корабля прошла неудачно: линкор, управляемый не очень опытным старпомом, проскочил нужное положение на добрую половину корпуса. Исправлять ситуацию моряки решили утром — позднее это обстоятельство сыграет очень важную роль.

Тогда никто даже и представить не мог, что с кораблем, вставшим на якорь в глубине прекрасно защищенной бухты, может что-то произойти. После швартовки на линкоре «Новороссийск» продолжалась обычная жизнь в соответствии с корабельным расписанием. Членам экипажа разрешили увольнение на берег. После того как часть экипажа оставила судно, на борту остались больше полутора тысяч человек: члены команды и новое пополнение (200 человек), курсанты морских училищ и солдаты, накануне прибывшие на корабль.

В 1 час 30 минут в носовой части заполненного людьми линкора «Новороссийск» прогремел оглушительной силы взрыв. Как впоследствии выяснилось, он был такой мощности, что пробил насквозь многопалубный бронированный корпус линкора. По оценкам специалистов, сила взрыва была эквивалентна взрыву 1000–1200 килограммов тринитротолуола. Если бы взрыв такой силы смог задеть один из артпогребов «Новороссийска», ко дну могли пойти еще и 5 крейсеров, находившихся рядом. В громадную (160 кв.м.) пробоину хлынули потоки воды, перемешанные с мазутом.

Началась борьба за линкор и подготовка к буксировке корабля на отмель. Драма разворачивалась на виду у всего Севастополя, отмечавшего столетие первой обороны 1854–1855 годов (для вручения ордена Красного Знамени Севастополю прибыли К.Ворошилов и отдыхавший под Ялтой Н.Хрущев). Прибывший на гибнущий линкор командующий Черноморским флотом вице-адмирал В.Пархоменко приостановил начатую буксировку. Это решение было роковым.

Адмирал то и дело требовал докладов о состоянии линкора, а судно тем временем уходило под воду. Запоздалый приказ Пархоменко о возобновлении буксировки оказался бессмысленным: носовая часть судна уже осела на грунт. Не сразу удалось уговорить адмирала и на эвакуацию не занятых в спасательных работах моряков — к этому моменту их на юте скопилось около 1000 человек.


Когда решение об эвакуации в конце концов было принято, крен линкора начал стремительно нарастать. Моряки, построившиеся на юте в ожидании баркасов, начали скатываться за борт — в темноту. На них, калеча и убивая, полетели сорвавшиеся со своих мест зенитные установки и механизмы. Только несколько десятков человек смогли успеть перебраться в шлюпки и на соседние корабли. В 4 часа 14 минут линкор лег на левый борт и спустя мгновение вся эта стальная громада длиной 168 метров и массой 24600 тонн перевернулась вверх килем. Когда стальные мачты судна, описав дугу, начали погружаться в воду, образовался мощный водоворот. Один из спасенных, матрос-новобранец, в последствии рассказал:

«Я прыгнул в воду, когда корабль начал медленно крениться на правый борт. Едва вынырнув, увидал, что меня накрывает палубными постройками, после чего в страшно бурлящей воде затянуло на большую глубину, и я потерял сознание. Пришел в себя я еще в воде, внутри большого воздушного пузыря, и успел сделать несколько вдохов… Этот же пузырь меня выбросил на поверхность с другого борта, где и подобрали спасательные катера…»

Во внутренних, наглухо задраенных помещениях гибнущего линкора Новороссийск остались сотни моряков, которых можно было еще спасти. Но и этот шанс не использовали. Как позднее объяснял адмирал Пархоменко, он «не счел возможным заблаговременно приказать личному составу покинуть линкор, так как до последних минут надеялся, что корабль будет спасен, и не было мысли, что он погибнет». Такая надежда стоила жизни сотням людей.

Перевернувшись вверх днищем, судно весьма долго было на плаву, возвышаясь над уровнем воды на 2–3 метра. Моряки, оставшиеся внутри корпуса линкора, длительное время держались в воздушных подушках отсеков, но спасти удалось лишь девять человек: 7 вышли через прорезанное автогеном в кормовой части днища отверстие через 5 часов после опрокидывания, еще двух удалось спасти спустя 50 часов. По воспоминаниям спасателей, замурованные и обреченные на смерть моряки держались очень мужественно. Один из водолазов, принимавших участие в работах по спасению людей, И.П.Прохоров, рассказывал:

«Меня и еще несколько других водолазов вызвали к „Новороссийску“ на второй день после трагедии, и мы сразу же приступили к подводным работам. Под водой картина была страшная… Мне ночами потом долго снились лица людей, которых я видел под водой в иллюминаторах, которые они пытались открыть. Жестами я давал понять, что будем спасать. Люди кивали, мол, поняли…

Погрузился глубже, слышу, стучат морзянкой, — стук в воде хорошо слышен: „Спасайте быстрей, задыхаемся…“ Я им тоже отстукал: „Крепитесь, все будут спасены“ И тут началось такое! Во всех отсеках начали стучать, чтобы наверху знали, что люди, оказавшиеся под водой, живы! Передвинулся поближе к носу линкора и не поверил своим ушам — поют „Варяга“!».

Всего при катастрофе линкора «Новороссийска» погибло 609 человек, включая моряков, прибывших с других кораблей эскадры. Непосредственно в результате взрыва и затопления носовых отсеков погибли от 100 до 150 человек — разрушения пришлись на самую заселенную часть корабля. Остальные погибли при опрокидывании линкора и после него.

Взрыв корабельного боезапаса — такой была первая версия произошедшего. Но она не нашла подтверждения, потому как сразу после обследования корпуса был сделан вывод, что «характер разрушений указывает на то, что взрыв был наружным». К тому же точно установили, что 320-миллиметровые снаряды линкора остались в целости и сохранности. По официальной версии, выдвинутой правительственной комиссией, корабль подорвался на донной магнитной мине.

Установлено, что мины такого типа были выставлены немцами в 1944 г. при уходе из Севастополя в его бухтах. Но критики минной версии говорят, что к 1955 г. источники электропитания всех донных мин были разряженными, а взрыватели почти у всех — неработоспособными. К тому же до трагедии на месте взрыва многократно швартовались «Новороссийск» (10 раз) и линкор «Севастополь» (134 раза) в разное время года — и ничего не взрывалось. К тому же выяснили, что в действительности было два взрыва, при этом такой силы, что на дне образовались две большие глубокие воронки, которые взрыв одной мины оставить не может.

Неудивительно, что у официальной версии было много противников, многие из них не исключали возможной диверсии. Дело в том, что линкор «Новороссийск» большую часть своей жизни носил другое имя — «Джулио Цезаре» («Юлий Цезарь»), ходив под флагом итальянских ВМС. После окончания Второй мировой войны вместе с другими трофейными судами он достался СССР в счет репарации. Накануне его передачи Советскому Союзу на Апеннинах открыто звучали призывы не допустить того, чтобы гордость итальянского флота оказалась под советским флагом — вплоть до его потопления.

На момент гибели  «Новороссийску» исполнилось 44 года — срок для судна почтенный. Он был заложен в Генуе летом 1910 года и спущен на воду в 1915 году. В Первой мировой войне линейный корабль участия не принимал, в 1920-х годах использовался как учебный корабль для подготовки морских артиллеристов. В ходе Второй мировой войны корабль занимался как правило сопровождением конвоев, но в 1942 г. командование ВМС признало его устаревшим и перевело в разряд учебных кораблей.

До 1948 г. «Джулио Цезаре» находился на стоянке, но законсервирован не был. После капитуляции Италии по решению Тройственной комиссии 1948 г. он был передан ВМФ СССР. В феврале 1948 года линейный корабль уже под военно-морским флагом СССР вышел в Севастополь. В скором времени после прибытия приказом по Черноморскому флоту ему присвоили название «Новороссийск».

Хотя версия об итальянских диверсантах не нашла официального подтверждения, многие по сей день уверены, что гибель линкора «Новороссийск» на их совести. Водолаз И.Прохоров, тщательно обследовавший пробоину в линкоре, рассказывал: «У меня не вызывало ни малейших сомнений, что линкор был взорван морскими диверсантами, итальянскими, конечно. И они подвели под днище сравнительно небольшой заряд, прикрепив его не к „погребам“, а к замурованным заранее мощным фугасам изнутри и тщательно замаскированным в период подготовки судна к передаче нам, с этим „сюрпризом“ он и ходил до поры до времени в наших водах…»

Некоторые исследователи считают, что заряд был установлен не перед передачей линкора, а непосредственно перед взрывом, в бухте Севастополя. Соответствующие силы и средства для осуществления подобной диверсии в послевоенной Италии имелись. Во время войны на Черном и Средиземном морях с большим успехом действовали итальянские подводные диверсанты из знаменитой «Децима МАС» — 10-й флотилии штурмовых средств, под командованием убежденного антикоммуниста, «черного князя» Д.В.Боргезе.

В полуподпольном виде этот отряд не переставал существовать и после капитуляции Италии. В любом случае все показывает на то, что диверсию, если таковая была, провели те, кто был хорошо знаком с акваторией бухты (во время войны 10-я флотилия МАС базировалась в портах Крыма) и устройством корабля: диверсанты выбрали одно из самых уязвимых мест днища, не прикрытое противоминной защитой, — возле носовых артпогребов главного калибра.

Минимальную неточность можно объяснить тем, что накануне при возвращении на базу корабль, как уже говорилось выше, неудачно пришвартовался и его корпус оказался сдвинутым на несколько десятков метров. Если бы заряд сработал точно под артпогребом, не спасся бы никто.

Кроме этого, по свидетельству рассекреченных сводок штаба Черноморского флота, по весьма странному совпадению именно в самом конце октября в акватории Черного моря находилось несколько итальянских торговых судов, которые к 29 октября дружно покинули его пределы, а князь Боргезе в скором времени после подрыва «Новороссийска» срочно уехал в Испанию. В то же время зарубежная пресса сообщала, что за выполнение некоего специального задания высшими военными наградами была отмечена анонимная группа итальянских военнослужащих. Вместе с тем по сей день никто не опубликовал ни одной фотокопии этого сообщения.

В подрыве линкора «Новороссийск» подозревали не только итальянцев, но и англичан: после выхода Италии из войны англичане в течении долгого времени удерживали «Джулио Цезаре» на Мальте и проводили на нем тренировки совместно с итальянцами. В пользу этой версии выдвигается еще один аргумент — якобы советское командование хотело оснастить «Новороссийск» ядерным оружием. Атомной бомбой СССР обладал с 1949 г., но морских средств применения ядерного оружия тогда не было.

Решением могли стать только морские крупнокалиберные пушки, стреляющие тяжелыми снарядами на большие расстояния. Линкор для этой цели подходил идеально. Великобритания, представляющая собой остров, в этом случае оказывалась наиболее уязвимой мишенью для советских ВМС. Такой поворот событий не устраивал ни англичан, ни их союзников.

В журнале «Слово» были опубликованы мемуары адмирала Н.Г.Кузнецова «Крутые повороты». Он до самой своей смерти не сомневался, что гибель линкора «Новороссийск» — это тщательно подготовленная операция. Вот что он об этом писал:

«До сих пор для меня загадка: как могла остаться и сработать старая немецкая мина, взорваться обязательно ночью и в таком самом уязвимом для корабля месте? Уж очень невероятное стечение обстоятельств. Что же тогда могло произойти? Диверсия». Есть и другие подтверждения «диверсионной» версии, которую советские власти старались не комментировать. Сразу же после катастрофы в Севастопольской бухте попал под следствие начальник шумопеленгаторной станции, контролировавшей вход в гавань, снят с должности и понижен в воинском звании командир соединения кораблей, отвечавший за охрану рейдов главной базы.

На момент взрыва корабли дивизии охраны водного района, в чьи обязанности входит стеречь вход на главную базу Черноморского флота, в действительности находились совсем в другом месте. В ночь катастрофы внешний рейд никем не охранялся; сетевые ворота были распахнуты, а шумопеленгаторы бездействовали. Таким образом, Севастополь был без защиты. Как видно, потому активно обсуждалась также версия о торпедировании корабля неизвестной подлодкой.

И хотя при изучении характера повреждений, полученных линкором, комиссия не нашла характерных примет, соответствующих удару торпеды, теоретически чужая подводная лодка вполне могла войти в бухту и нанести торпедный удар. Тем более советским военным было известно, что на вооружении некоторых западных флотов уже стояли малые или карликовые подлодки. Так что на внутренний рейд главной базы Черноморского флота теоретически могла проникнуть карликовая субмарина.

Кандидат технических наук О.Сергеев выдвинул еще одну версию, по которой линкор «Новороссийск» был подорван двумя зарядами, установленными на грунте в районе носовых артпогребов. Подрыв, по мнению Сергеева, был подготовлен и осуществлен отечественными спецслужбами с ведома руководства страны исключительно во внутриполитических целях. В 1993 году якобы стали известны исполнители этой акции: старший лейтенант спецназа и два мичмана — группа обеспечения. Против кого же была направлена эта провокация?

Согласно Сергееву, прежде всего против руководства ВМФ. Как известно, главком ВМФ СССР адмирал Н.Г.Кузнецов в 1956 г. был снят с занимаемой должности. Десятилетний план судостроения, не отражающий в перспективе приоритет развития наиболее капиталоемких и выгодных для ВПК морских стратегических ядерных сил, объективно не мог поддерживаться военно-политическим руководством страны, что и решило судьбу главкома ВМФ Н.Кузнецова.

Гибель линкора «Новороссийск» послужила началом масштабного сокращения ВМФ СССР. На металлолом были пущены устаревшие линкоры «Севастополь» и «Октябрьская революция», трофейные крейсеры «Керчь» и «Адмирал Макаров», много трофейных подлодок, эсминцев и кораблей других классов довоенной постройки. Сам линкор Новороссийск подняли со дна Северной бухты лишь в мае 1957 года. В перевернутом виде его отбуксировали в Казачью бухту, где разоружили и разобрали на металл.

О том, как поступили с останками моряков, остававшимися внутри линкора, до сих пор никто не знает. И это еще одна тайна. Только в 1990-х годах имена погибших моряков линкора Новороссийск появились на двух ранее безымянных братских могилах. 1999 год — согласно указу президента России, 716 моряков были награждены орденом Мужества, при этом больше 600 — посмертно. Но и этот документ, вышедший почему-то под грифом «Для служебного пользования», не поставил точку в трагической истории линкора…

Будет ли когда-то окончательно найден ответ на вопрос, что именно погубило «Новороссийск»? Вероятней всего, уже нет. Если бы поднятый линкор вместе со специалистами, определявшими степень его дальнейшей пригодности, как следует обследовали компетентные специалисты, они могли бы отыскать те или иные следы по сей день неведомого «заряда». Но линкор, порезанный на металл, быстро был отправлен на завод «Запорожсталь», и дело о катастрофе «Новороссийска» было закрыто.

 

 


 

И.Рудычева

ред. shtorm777.ru