Лева Федотов

Дневники Льва Федотова — видения будущего (видео)

Эту историческую сенсацию обнаружили в обычных школьных тетрадях. Было пятнадцать тетрадей в картонных переплетах, сделанных на довоенной фабрике «Светоч». Разумеется, поразительными были не сами тетради, а то, что в них было написано. На всех первых страницах каждой тетрадки была надпись: «Дневник Льва Федотова». Время когда велись дневники – середина 1930-х годов по первую половину 1941 года.

Однако, что такого сенсационного можно найти в дневниках обычного ученика? Множество детей ведут личные записи. Но вот строки, написанные учеником Левой Федотовым, говорили не только о личном. Там, разумеется, были  и обычные мальчишеские записи, но были и такие, от которых волосы шевелились на голове и сердце начинало щемить. В начале 1941 года 18-и летний парень написал целые страницы о будущей войне. И что поражает: каждая его строка сбылась впоследствии. Неудивительно, что, обнаруженные во времена оттепели, его дневники произвели сенсацию. С подачи известного писателя Юрия Трифонова выдержки из них напечатали во многих газетах и научно-популярных изданиях. И выяснили, что простой школьник предсказал не только время начала Великой Отечественной войны, но и ее развитие.

Тут следует вспомнить, что атмосфера в те годы хоть и была напряженной, но о возможной грядущей войне говорили с энтузиазмом, почти с восторгом. Общество того времени безоговорочно верило в партийную пропаганду, что если война начнется, то доблестная Красная армия тем же днем отбросит врага и перейдет к ведению боев на его территории. Ну а бесстрашная советская авиация тут же поразит врага в его логове. Так что война будет краткой и победоносной. Фильмы, романы, газетные статьи взахлеб рассказывали о такого рода сценариях. Ну а к началу 1941 года уже со слов самого Сталина было известно: войны совсем не будет. СССР и фашистская Германия, заключившие пакт о взаимном ненападении, – братья навек.

И вдруг запись в дневнике Левы Федотова от 5 июня 1941 года:

«Я думаю, что война начнется во второй половине этого месяца или в начале июля, но не позже… Я готов дать себя ко вздергиванию на виселицу, но я готов уверить любого, что немцы обязательно захватят все эти наши новые районы (то есть земли, вошедшие в состав Советского Союза по пакту Молотова – Риббентропа 1939 г.) и подойдут к нашей старой границе… Очевидно, у старой границы они задержатся, но потом вновь перейдут в наступление, и мы будем вынуждены придерживаться тактики отступления… Поэтому нет ничего удивительного, что немцы вступят и за наши старые границы и будут продвигаться, пока не выдохнутся. Вот тогда только наступит перелом, и мы перейдем в наступление».

Да полно, мальчик ли написал такое – и на фоне всеобщего энтузиазма военного шапкозакидательства?! Подобные аналитические строки по плечу военным теоретикам, а не московскому школьнику. Да кто он такой был, этот Лева Федотов?
Родился он 10 января 1923 года не в Москве. Отец его провинциальный партийный руководитель, оказался переведен в столицу, когда Лева уже ходил в школу. Здесь коммунист Федотов в партийные боссы не выбился, но в конце 1930-х годов получил командировку на Алтай, где и скончался от разрыва сердца. Мать же Левы устроилась в Москве костюмершей в один из театров. Словом, по тем временам семья Левы была обыкновенной, к высшей власти не приближенной. Но как же мальчику удалось предсказать кровавый ход войны?

«Как это ни тяжело, но вполне возможно, что мы оставим немцам даже такие центры, как Житомир, Винница, Витебск, Псков, Гомель… Минск мы, очевидно, сдадим; Киев немцы также могут захватить, но с непомерно большими трудностями. О судьбах Ленинграда, Новгорода, Калинина, Смоленска, Брянска, Кривого Рога, Николаева и Одессы – городов, лежащих относительно невдалеке от границ, я боюсь рассуждать. Правда, немцы, безусловно, настолько сильны, что не исключена возможность потерь и этих городов, за исключением только Ленинграда.
То, что Ленинграда немцам не видать, это я уверен твердо. Ленинградцы – народ орлы! <…> Окружить Ленинград, но не взять его фашисты еще смогут… окружить Москву они если бы даже и были в силах, то просто не смогут… За Одессу, как за крупный порт, мы должны, по-моему, бороться интенсивнее, чем даже за Киев… и я думаю, одесские моряки достойно всыпят германцам… Если же мы и сдадим по вынуждению Одессу, то… гораздо позже Киева».

И ведь это строки не Советского информбюро, а простого молодого человека. И он написал их в те времена, когда на страницах главной газеты Советского Союза «Правда» от 14 июня 1941 года появилось возмущенное опровержение ТАСС, где говорилось, что слухи о скорой войне СССР и Германии абсолютно бессмысленны. Да и весь советский народ был убежден, что гитлеровцы не рискнуть начать войну. И вдруг запись Федотова от 21 июня 1941 года – неотвратимо трагическая:

«Я чувствую тревожное биение сердца, когда думаю, что вот-вот придет весть о вспышке новой гитлеровской авантюры. Откровенно говоря, теперь, в последние дни, просыпаясь по утрам, я спрашиваю себя: «А может быть, в этот момент на границе уже грянули первые залпы?» Теперь нужно ожидать начала войны со дня на день».

Поразительные строчки! А ведь Левины сверстники в это время жили вовсе иными чувствами: светлыми, радостными, праздничными ожиданиями выпускных вечеров, когда юный человек выходит из школы в новую счастливую взрослую жизнь. И только Лева Федотов знал, что уготовила им эта новая жизнь…

Знание это, однако, оказалось чересчур тяжелым. Спустя месяц после начала войны Лева написал почти с ужасом: «Справедливость моих предположений была явно не по мне. Я бы хотел, чтобы я лучше оказался не прав!» Но он оказался прав. И в описаниях масштабного отступления, и в предсказаниях эпохальной победы: в ночь с 22 на 23 июля Федотов пишет, что Красная армия освободит не только свою страну, но и страны Европы, занятые фашистами, дойдет до Берлина, и там, после тяжелейших боев, будет подписан пакт Победы.

Как московскому школьнику удалось настолько точно описать ход войны – загадка. Как, впрочем, и личность этого юного вундеркинда. По свидетельству его друзей-одноклассников, он вообще был «человеком тайны». За энциклопедические знания в школе его называли «местным Гумбольдтом», за многочисленные невероятные таланты – «Леонардо из 7 «б». Лева Федотов изучал океанографию и палеонтологию, историю и литературу. Он писал фантастические романы и научные трактаты в стиле XVIII столетия, рисовал картины и сочинял музыку. Но всегда его притягивали «старинные и странные времена»: обычаи и религия Древнего Египта, история тайных обществ Европы. Друг и одноклассник Федотова, будущий писатель Юрий Трифонов, сказал: «Он был так непохож на всех!.. страстно развивая свою личность, поспешно поглощал все науки, все искусства, все книги, всю музыку, весь мир. Он точно боялся опоздать куда-то!».

И вот что примечательно: всегда открытый для друзей Лева ни словом не обмолвился о своих дневниках. Видно, понимая, что написанное – явная крамола, за которую возможно и пострадать, ведь его видения шли вразрез с генеральной линией партии на быструю и победоносную войну. Но вот вопрос: предвидя будущее страны, знал ли Лев Федотов о своем будущем? Тогда его поступок вдвойне велик: потому как, обладая законным белым билетом (как все ученые гении, он был очень близорук, да еще и плохо слышал), Лев Федотов пошел добровольцем на войну. Впрочем, воевать ему не пришлось: в грузовик, который вез его на фронт под Тулой, попала бомба. Лев Федотов погиб 25 июня 1943 года. Впрочем, есть и другие версии…

Современные исследователи полагают, что НКВД прознал про дневники и молодой предсказатель был арестован, едва выехав из Москвы. Из застенка он не вернулся. Ну а подрыв машины инсценировка. Обычный сценарий тех ужасных лет…
Надо сказать, что вряд ли в те годы кого-то в особенности заинтересовал феномен московского школьника. Скорей, в органах решили, что талантливый и образованный юноша записал не «прозрение», а анализ исторических событий, который он просто вывел, соотнося со скудными данными, которые брал из политической и общественной ситуации. Правда, если так, то Льва Федотова надо было взять на работу в аналитический штаб страны. Вот только был ли такой, никто не ведает… Зато все точно знали простой закон выживания того времени: меньше знаешь – крепче спишь. А вернее: живешь, пока не знаешь. Лев Федотов ЗНАЛ. А значит, и жить ему было недолго. Ведь знания смертельно опасны…

 

 


 

Е.Коровина

ред. shtorm777.ru