Счастливчик Лучано

Счастливчик Лучано — человек создавший мафию

Лаки (Счастливчик) Лучано (Charles «Lucky» Luciano), он же Сальваторе Лукания (Salvatore Lucania, 1887–1962) — американский мафиози, выходец из Сицилии, считается отцом организованной преступности Америки. Умер в 1962 году от сердечного приступа, тем самым избежав ареста.

Когда Лаки Лучано возглавил индустрию порока, она стала высокоорганизованной и начала управляться по последнему слову новомодного коммерческого менеджмента.

В опубликованном в журнале Time списке людей, которые «определили лицо XX века», — имена изобретателей автомобиля, самолета, телевизора, компьютера, Интернета. И организованной преступности, придуманной сицилийским парнишкой, приехавшим в Америку вместе со своей многочисленной семьей в апреле 1906 г. Звали этого парнишку Сальваторе Лучано. Его имя в списке Time стоит по соседству с именами Билла Гейтса и Генри Форда.

Эмигрант

«Мама миа! — воскликнул 9-ти летний Сальваторе, когда в первый раз увидел Нью-Йорк. — Какие витрины! И фонари, фонари, фонари… Электрические фонари! У нас в Италии таких фонарей нет».

Сальваторе, родившийся 24 февраля 1897 г. на Сицилии, жил в пригороде Нью-Йорка уже примерно месяц. Его семья обосновалась в эмигрантском районе, где по-английски хорошо не мог говорить никто. По-итальянски — почти все. Когда в Палермо они заходили на корабль, Сальваторе видел несколько семей из родного Лерката-Фридди, крошечного городка, где, кроме чахлого заводика, производящего серу, ничего и не было.

Его братья очень плохо учились английскому. Сальваторе ссорился с ними. Неужели не могут понять: чтобы ходить в огромные магазины, надо много денег. А где их взять, если не знаешь английского? К 16-ти годам, когда отец пристроил Сальваторе к шляпнику Стенту, который имел крошечную мастерскую на соседней улочке, мальчик говорил по-английски бегло и без итальянского акцента. Это был его первый капитал.

Однако как его можно эффективно применить в таком убогом обществе: четверо толстых парней еле волочат ноги, а Стент платит лишь несколько центов в час? Ответ подсказал долговязый Лепке, еврейский мальчик с горящими глазами, рассказавший о кипучей жизни ночных нью-йоркских улиц, где слышен смех девочек и где роскошные богачи выигрывают за вечер аж по 200, а то и больше долларов. Решение принято: накопить денег и отправиться туда, где смех и веселье, где деньги появляются буквально из ничего.

В первый же раз Сальваторе смог выиграть $224. Он осмелился пойти в один из самых шикарных игорных домов. Грубая одежда с плеча старшего брата не давала ему чувствовать себя в своей тарелке. Шуточки завсегдатаев и насмешки белокурых див смущали его. Но он устоял, не выпил ни капли и ушел, сорвав неплохой куш. Спустя неделю с ним уже поздоровались и охотно пустили за игорный стол. Он выиграл вновь и отправился с новыми друзьями покупать себе одежду — модный костюм, коричневые полуботинки и фетровую шляпу. Выбор был сделан: Лучано ушел из шляпной мастерской и с головой окунулся в мир новых знакомств. Отец и братья негодовали — благочестивые католики заподозрили неладное и не одобряли его наклонностей.

Как-то Сальваторе проигрался по крупному. Тогда ему и Лепке сделали предложение торговать наркотиками — беспроигрышный вариант. Встречи в условленных местах, жгучее ощущение риска, пакетики с кокаином, бешенные деньги. Жаль лишь, дело поставлено очень плохо. Пьяные разборки, случайные грабежи и насилие. И дикое пренебрежение безопасностью. Спустя несколько месяцев Лучано арестовали вместе с группой таких же желторотых наркодельцов: в январе 1916 г. 18-ти летний Лучано получил три года исправительных лагерей за распространение наркотиков (недоказанное) и ограбление магазина (якобы доказанное, но со временем оказавшееся сфабрикованное полицейскими).


Мелкий бизнесмен

Исправительные лагеря пошли Лучано на пользу. Именно там он завязал знакомства и получил первые уроки круговой поруки. Его окружали люди, близкие крупным воротилам теневой экономики Америки, могущественные и дикие нравами и методами ведения дел. Торрио, Костелло, Массерио… В последствии именно с ними он станет создавать свою криминальную корпорацию.

По выходу из тюрьмы, Лучано предложил новым знакомым открыть свое дело — компанию вербовщиков, «обрабатывающих» безработных девушек и малоизвестных танцовщиц. Тактика вербовки простая и с блеском демонстрируется самим Лучано. Он нравится девушкам — стройный, подтянутый, с очень мужественными (итальянскими) представлениями о жизни. Лучано ухлестывает за будущими жертвами, не жалея тратит на них деньги, убеждая, что гибкость нравов может приносить неплохие дивиденды. Потом шикарный ужин в ресторане, снотворное в бокале шампанского, спальня, наркотики, групповуха. Наутро девочка просыпается с тяжелой головой и полным набором компромата. Вот и все — негласный контракт по найму на работу подписан.

Но Лучано видит себя уже не простым вербовщиком, а директором крупной компании. Запустив технологию вербовки, он полностью сконцентрировался на управлении, проводит рабочие совещания, изгоняет алкоголиков и дебоширов, заочно разбирает претензии проституток. Рассмотреть в нем макаронника с нью-йоркской окраины совершенно невозможно.

У него шикарный вид, он по праву считается законодателем моды Нью-Йорка: шелковые сорочки, кашемировые пальто, сшитая на заказ обувь, изысканное чтение по вечерам, общество лучших женщин — певиц, актрис, моделей. Все начинавшие богатеть подражают ему. Покупают такие же «кадиллаки» и «бьюики» с красными кожаными сиденьями. Про него говорят: «Лучано? О, это настоящий джентльмен. Он может дать девушке $100 только за то, что она ему улыбнулась».

Согласно данным федерального расследования 1929 г. годовой доход Лучано составил $200 тысяч. Для сравнения: тогда самые дорогие особняки на Беверли-Хиллз оценивались не дороже $20 тысяч. На вопросы следователей об источнике доходов он отвечал: «У меня столько щедрых друзей! Еще я занимаюсь мелким бизнесом».

Организатор

Первому покровителю Лучано, Джо Массерио, все это было по душе. Он возглавлял огромную сеть борделей Нью-Йорка и был рад принять в свои объятия презентабельного Лучано, который кроме хороших тюремных рекомендаций имел еще и неплохие связи в наркобизнесе. А это для борделей всегда кстати. Объединение принесло замечательные результаты.

Не забыл Лучано и Фрэнка Костелло, другого ценного знакомого лагерных времен. Этот крепкий черноволосый калабриец, который приехал в Америку в 1896 г., имел залы с игровыми автоматами по всему США. Лучано инвестировал в автоматы и заключил с Костелло союз — у него Сальваторе понравился подход к решению проблем безопасности: Костелло не жалел ни сил, ни денег, ни изобретательности на создание сети из коррумпированных представителей правоохранительных органов.

Чуть позднее к союзу присоединился еще один земляк — Джо Эдонис, человек из системы Массерио, который имел обширные связи в политических и светских кругах. Каналы Эдониса позволяли давать взятки на самом верху, в прокуратуре, и освобождать из тюрьмы нужных людей. Спустя несколько лет работы Эдонис смог сформировать целую сеть «замазанных» полицейских инспекторов.

Империя Лучано оформлялась. Он стал контролировать огромную криминальную отрасль (проституция, казино, наркотики), прикрытую прочными связями в правоохранительных структурах. Первые шаги к криминальной корпорации нового типа были сделаны.

Авторитет

«Все у Лучано хорошо, — говорил Массерио. — Да вот только он неженка, сукин сын». Репутация «сладкого мальчика» не давала Лучано претендовать на лидерство в группировке, им же, по сути, и созданной. Этот образ смог развенчать случай. 1929 год, 16 октября — трое неизвестных поймали его на углу 6-й и 33-й авеню, затолкали в машину и, приставив нож к горлу, отвезли на пустыри. Там в заброшенном сарае с ним проделали что делают в подобных случаях: подвесили за ноги к потолку, вырезали из спины несколько ремней, избили до полусмерти: «На каком складе последняя партия кокаина? Где?!»

Лучано молчал. Он знал, что, если расколется, свои не простят. Спустя 6 часов его выбросили на тротуар в одном из пустынных пригородов Нью-Йорка. Только через двое суток его заметила какая-то женщина и вызвала «скорую помощь». В больнице на вопросы полиции Лучано не отвечал: «Не знаю, не помню, не видел». Журналисты бесновались: сенсации нет. Ретивые полицейские, предчувствовавшие новые нашивки, кусают локти. В итоге, выйдя из больницы, Лучано осознал, что он уже не только мозг группировки. Он стал авторитетом. А еще у него появилась кличка — Лаки («Счастливчик»). В действительности, немногие в такого рода ситуации смогли выжить.

Лаки Лучано сразу использовал новые возможности и при поддержке Костелло развернул нелегальную торговлю спиртом. Чуть позднее, опираясь на связи с тюремным другом Дэнди Филлом, организовал рэкет в Новом Орлеане. Качественно бизнесу расти уже почти некуда.

Реорганизатор

«Все, больше по-старому не годится, — сказал Лучано на собрании 1929 г. в Атлантик-Сити, ставшем отправной точкой в реорганизации мафии Америки. — Нельзя спрогнозировать прибыли и контролировать риски, когда каждый дует в свою дудку. Все эти сицилийские семейные принципы мешают бизнесу. Я ведь не притащил за собой всю свою родню!»

Лучано предложил разграничить полномочия и заключить договор о правилах конкуренции (постоянные междоусобицы вредят делу). На том же собрании обговорили идея создания общих охранных структур. Несколько месяцев спустя появляется Murder Incorporated — полувоенное подразделение профессиональных киллеров, готовых в любое время встать под ружье и выполнить любую работу. Стал возглавлять эту структуру опытный Альберто Анастазиа, уже выполнявший деликатные поручения Счастливчика.

В следующие годы такие собрания, которые превратили две дюжины боссов в совет директоров, а мафиозный мир — в высокоорганизованную коммерческую структуру, проводились с завидной регулярностью и явно показывали всем: президентом всей компании является отнюдь не Массерио, а именно Лаки Лучано.

Час настал — пора было расставить точки над i. Лучано пригласил Массерио в итальянский ресторан, угостил старого друга изысканно приготовленными устрицами и омарами, а после, удалившись в сортир, отдал команду своим боевикам расстрелять любимого босса. Показаний полицейские не добились: «Ничего не видел, справлял нужду». Так Счастливчик стал главой американского мафиозного клана — без всяких «но».

И продолжал реформы. «Надо как можно активней проникать в легальный бизнес, — сказал он на очередном собрании, — взять под свой контроль промышленность, сельское хозяйство. Использовать эти сети для транспортировки наркотиков. И расширяться, расширяться, расширяться. Ну не станут же полицейские проверять каждую упаковку сосисок!» Лучано поблескивал очками в дорогой оправе и все больше походил на профессора из университета. В отношении любого, кто сомневался в твердости шефа, сразу срабатывал карательный аппарат.

Добиваться контроля над фабриками решили через профсоюзы, которые частенько прибегали к помощи бандитов для охраны демонстраций. Корпорация выделила средства на подкуп профсоюзных лидеров и спустя несколько лет добилась почти полного контроля над пошивочными и меховыми фабриками, транспортом, кинотеатрами, овощными и бакалейными магазинами, колбасными заводами, бойнями. Наркотики потекли рекой. Оборот империи Лаки Лучано вырос на несколько порядков.

Боссы были довольны. Специализация полная: друг детства Лепке занимается профсоюзами, Анастазиа — карательным подразделением, Торрио, еще один друг тюремных времен, — борделями, Ланцо, человек Торрио, — казино и игральными автоматами. Фактически осталось разрешить только одну задачу — найти выходы на самый-самый верх.

Что и было сделано. Через Эдониса Лучано частично финансировал избирательную кампанию Рузвельта — оплатил разъезды одного из агитаторов кандидата в президенты, Джимми Хинса. Среди знакомых Лучано были сенаторы и адвокаты. Это дало возможность ему распространить свой бизнес по всей Америке.

Воин

Однажды на заседании Murder Incorporated обсуждали кандидатура некоего Томаса Дьюи, нью-йоркского прокурора, который уже на протяжении многих лет собирал досье на Лаки Лучано. Правление корпорации с настойчивостью советовало Лучано подписать ему смертный приговор. «Он меня не любит? — изумлялся Лаки. — Я разве что-то сделал плохое?» Все хохотали, но упорно вносили Томаса Дьюи в список смертников. Счастливчик не соглашался. Бог знает почему.

Доказать виновность Лучано действительно было весьма сложно. У мафии нет архивов, бумагооборот нулевой. Значит, подписи не отыщешь. А лично Лучано уже давно девочек не вербовал и пакетики с кокаином не продавал. Дьюи, отчаявшись поймать его на наркотиках, решился попробовать разыграть карту проституции. Разослал в публичные дома переодетых агентов, которые с вниманием выслушивали откровения девушек. И они были использованы. В апреле 1936-го ордер на арест Лучано лег на стол следователя.

В здание суда Счастливчик прибыл в светлом костюме, улыбающийся, подтянутый и, как всегда, невозмутимый. Все обвинения разбивались им в пух и прах. «У меня нашли оружие? Так я же собирался на охоту!» Ему не смогли инкриминировать ничего. Мало ли что болтают проститутки! К тому же показания опустившихся куртизанок действительно выглядели неубедительно.

Тогда Дьюи пошел на крайнюю меру — купил свидетельницу, благопристойную даму. Лаки рассмеялся ей в лицо: «Шито белыми нитками!» К тому же адвокат смог представить доказательства продажности свидетельницы, а также того, что показания были ею вызубрены наизусть. Не помогло. 18 июня 1936 г. Лучано вынесли приговор — 50 лет строгого режима. Томас Дьюи ухватил самую суть деятельности Лучано. В своей обличительной речи он заявил: «Когда Лучано возглавил индустрию порока, она стала высокоорганизованной и начала управляться по последнему слову новомодного коммерческого менеджмента».

Власть Лаки Лучано была огромной. Это доказала война. Лодки немцев регулярно топили американские торговые суда, и американцы несли огромные убытки. Разведка считала: немцам помогают или шпионы, или сочувствующие. Когда все средства были исчерпаны, контрразведка решила прибегнуть к помощи преступного мира.

Связной организовал встречу, Лаки Лучано передал на свободу: «Сотрудничайте!» — и рыбаки, докеры и даже бродяги, до этого молчавшие, стали глазами и ушами военной разведки. В скором времени в Америке арестовали 8 немецких шпионов. Лучано тут же перевели в персональную камеру (почти рабочий кабинет), где он принимал известных политиков и бизнесменов. В 1945-м адвокат Лучано смог добиться помилования своего клиента.

Иммигрант

1946 год, 2 февраля — Лучано вышел на свободу. Встречи с друзьями, вечеринки в самых достопочтенных домах в его честь. Однако проживать в Америке ему запрещено. Он отправляется в Италию. Море, мягкий климат — что может быть лучше для отдыха после стольких лет тюрьмы! Он расположился в шикарном особняке в Палермо, ведет спокойную жизнь, ходит раз в неделю на ипподром, по четвергам, видится с друзьями, которые приезжают к нему из США. Его задача — создать сеть, которая бы охватила все Средиземноморье. Да и весь мир.

Для этого Лаки Лучано отправился в Аргентину, а после на Кубу. В Гаване его тепло принял будущий диктатор Батиста, опирающийся и на местный, и на международный криминалитет. Что Куба — крупный центр наркобизнеса, контрабанды американских сигарет и рома, Лучано знает не по наслышке. В знаменитом ночном клубе «Тропикан» он заключает важные сделки с местными мафиози, контролирующими казино, ночные клубы, гостиницы, такси и оптовую торговлю. В свою очередь личные связи Счастливчика помогли кубинскому правительству получить выгодный контракт на поставки в США экзотических продуктов.

Затем Счастливчик переезжает в Рим. Он охотно приглашает журналистов, дает интервью о том, что его преследует клевета, позирует перед камерой, становясь постоянным героем светских хроник. Его всегда сопровождают самые красивые и знаменитые женщины, к примеру маркиза Сандра Росси или танцовщица из «Ла Скала» Иджеа Лиссони. «Как он умеет любить…» — заявляют они жадным до сенсаций репортерам.

1949 год — Лучано получил от властей разрешение открыть фабрику по производству миндаля в сахаре, что послужило отправным пунктом для развития местной наркосети. Под началом Счастливчика образуются сельхозкооперативы, скупающие самые плодородные итальянские земли. Результат его деятельности подобен американскому — на Сицилии образовалась мафия нового типа, процветающая благодаря торговле кокаином. Многие знали, что в зеленной или бакалейной лавке возможно приобрести не только базилик или спагетти, но и кое-что поинтересней.

Для отвода глаз, как и в Америке, Лучано создал множество легальных фирм, с безупречной бухгалтерской документацией. В Неаполе, к примеру, он открыл магазин бытовых электротоваров, в Риме — фирму по экспорту одежды и обуви в Америку. Бизнес развивался, открывались все новые рынки — Франция, Великобритания, Нидерланды. Дело жизни удалось.

Герой

В конце 1961 г. Лаки Лучано, процветающий бизнесмен и добропорядочный гражданин, получил письмо: «Уважаемый сеньор Лучано. Я почел бы за огромную честь написать сценарий о вашей легендарной жизни и снять по нему фильм. Сценарист и продюсер Мартин А. Гош». Счастливчик, всегда мечтавший о славе, дал согласие. При условии, конечно, что он в деталях ознакомится со сценарием — ведь о нем ходит столько слухов.

1962 год, 26 января — Лаки Лучано приехал в аэропорт Неаполя, для встречи с будущим автором фильма. Со счастливчиком были его ребята, хорошо одетые, подтянутые, веселые. Неожиданно Лучано схватился за сердце и упал замертво. «Черт! — неистовствовал комиссар Джордано, подъехавший в аэропорт через 15 минут. — Мы уже были готовы брать его». По данным полиции, на тот момент в Сицилии и Калабрии было около 300 мафиозных кланов. В общей сложности только в Италии на мафию работали 20 000 человек. А их предводитель Лаки Лучано беспомощно лежал, раскинув руки, на полу в аэропорту Неаполя.

1962 год, 29 января — в Неаполе состоялись самые шикарные за всю историю города похороны. Хоронили человека, придумавшего организованную преступность, переживавшую период бурного расцвета и имевшую огромные перспективы на будущее.

 


 

А.Соловьев

ред. shtorm777.ru