Иван Грозный, предсказания

Предсказания патриарха Иерусалимского Марка, о рождении «злого чада», будущего царя Ивана Грозного, царствование которого принесет Русской земле разорение, море крови и печальне были единственными.

До этого почти за 100 лет блаженный Михаил Клопский предсказывал рождение грозного и кровавого царя и много событий из его жизни. А еще ранее зверства царствования Ивана («будет государь-упырь, государь-кровопийца») предсказывал Василий Немчин.

Тяжело носила ребенка Елена Глинская и постоянно требовала что бы муж находился рядом. Скорей всего, проницательная молодуха остерегалась, что бояре, которые были против ее замужества, изведут ее, помешав родить Василию наследника. Однако меры предосторожности помогли. Роды у Глинской были тяжелы и кровавы. И в день когда родился Иван Грозный над Москвой разразилась такая гроза, какой не было столетие. С церквей падали кресты. И это был жуткий знак, который предвещал страшные беды земле Русской. Гроза пророчила о своем – о Грозном.

В сопредельном Казанском ханстве мудрая ханша в тот же страшный день объявила русским послам (о чем они непременно сообщили в Москву): «Народился у вас царь, а у него двои зубы: одними ему есть нас, татар, а другими вас, русских!» И пророчества оказались верными не только иносказательно в связи с будущим походом на Казань и казнями на Руси, но и в самом прямом смысле: у родившегося младенца в действительности были зубы, а в некоторых местах и по два в ряд. Хорошо, хоть это были молочные зубы, которые после выпали…

Пророчество и предсказание прошли через всю жизнь Ивана Грозного, будто люди с самого его рождения почувствовали страшную угрозу. И в то время когда он был еще не испорченным юношей, его окутывали недобрые предсказания. В день его женитьбы, 3 февраля 1547 года, с красавицей Анастасией Романовной Захарьиной-Юрьевой (Кошкиной), которую сейчас принято звать просто Анастасией Романовой, прозвучало мрачное пророчество, а после и произошли ужасающие события. А ведь Иван в то время был молодым – всего-то 17 годков, его юная кроткая супруга – моложе его на 2 года. Казалось бы, что можно напророчить столь юным людям? Как оказалось, можно. Прямо на Соборной площади прозвучал выкрик юродивого: «Уберите топоры с секирой! Он ночью всех зарежет и забьет!» Впечатлительная Анастасия чуть сознание не потеряла. Ну а Иван вспомнил, что говаривали, как при венчании его отца и матери такой же вот юродивый с длинными нечесаными волосами-паклями вопил: «Рожденное в беззаконном браке чадо превратится в государя-мучителя!» Словом, патриарх Марк был не един в своем предсказании.

Ну а после в медовый месяц Ивана и Анастасии произошла и совсем ужасная беда. В первый день марта загорелась церковь Воздвижения Креста Господня на Арбате. От нее выгорела вся западная часть города вплоть до Москвы-реки. А после шквальный ветер перенес вихри огня на Кремль. От верхового пожара вспыхнул Успенский собор, за ним Благовещенский. Пламя перекинулось на царские жилые хоромы. Но больше всего пострадала Оружейная палата – она выгорела дотла. Народ счел это ужасным знамением. И как в последствии показала история, оказался прав.


Немудрено, что все эти кошмарные события не могли не оказать воздействия на характер Ивана, и без того человека мнительного, истеричного, безжалостного. Иван Грозному во всем казалась измена, желание забрать у него престол, убить или отравить. Сам веруя в колдовство и волхвование, он «по искреннему христианскому долгу» приказал сжигать ведьм, волхвов и предсказателей. А между тем сам постоянно окружал себя «разными людишками, в магических науках сведущими». Но лишь только кто-то из колдунов или ведьм предрекал нечто не приходящееся царю по нраву, тут сразу попадал на плаху.

Но один из предсказателей задержался при царе надолго. Звали его Елисеем Бомелием, и был он выходцем то ли из Голландии, то ли из Неметчины, то ли с далекого Аглицкого острова. В Москву его привез из Лондона тогдашний посол Савин. Ивану Грозному он рассказал, что Бомелий учился в Кембриджском университете, но вот только испытывал тягу не к разрешенным наукам, которые изучались в стенах благородного университета, а к тайным знаниям – астрологии и алхимической медицине. Как раз на почве таких тайных наук Бомелий и снискал себе скандальную известность как лучший предсказатель и врачеватель. Вот только скандал получился такой, что по приказу архиепископа в Лондоне студент-смутьян был отправлен в тюрьму. Но за Бомелия начали хлопотать влиятельные лондонцы, так что архиепископ почел за благо предложить врачевателю сделку: власти отпускают Бомелия, а он должен навсегда покинуть страну. Вот тут-то, понимая, что столь сведущий в тайных науках человек понравится царю Ивану Грозному, посол Савин и пригласил Бомелия к московскому двору.

Тут Елисей быстро вошел в доверие к царю: стал придворным врачевателем и первым астрологом царя, по звездам и планетам предсказывая будущее, лечил самого царя и его многочисленных любовниц. Он даже оказался допущен к отбору кандидаток в царские невесты: осматривая девок как врач и составляя их гороскопы, совмещенные с гороскопом царя. Он показывал Ивану звезды и давал читать старинные «черные книги». В тайной комнате царских хором он приготавливал яды, которые по приказу царя подсыпались в пищу и питье его врагов.

Иван Васильевич доверился Бомелию настолько, что начал вести с ним секретные ночные беседы. Одной из таких откровенных ночей царь спросил у Бомелия: «Скажи, Елисей, что ждет меня и род мой?» Астролог не хотел отвечать, но царь настаивал. И тогда Бомелий проговорил: «Хочешь правды или утешения?» Грозный сверкнул глазами: «Утешения мне не надобно, желаю правды!»

Бомелий достал свой заветный магический шар и, с вниманием глядя на его резкие хрустальные грани, молвил: «Я видел твою смерть. Твою душу несли два демона, увлекая ее в пучину ада». Царь нахмурился: «Дурная весть… А сыновья мои?» Бомелий вновь поглядел на шар и проговорил: «Старший падет от руки твоей. Средний будет слаб и умрет рано. Третий погибнет от собственной руки». – «Врешь, собака!» – заорал царь и, войдя в раж, метнул в Бомелия массивный серебряный подсвечник. От удара висок предсказателя окрасился кровью, волосы чуть не загорелись. Бомелий упал на пол, а царь в гневе выбежал вон.

Той же ночью предсказатель решил бежать. Взял подорожную на своего слугу, зашил золотишко в нательный пояс и был таков. Но в Пскове он был пойман и возвращен в Москву, при царском дворе его бесчеловечно пытали. Ну а казни предали такой, что и сказать страшно. Предсказателя проткнули железным вертелом и долго, еще живого, поджаривали на медленном огне. В общем, наградили по-царски…

Оставшись без личного предсказателя, царь Иван Васильевич велел свозить пред свои очи всех ясновидцев, астрологов, колдунов, вещунов и вещуний, которых можно было сыскать. В истории не было другого русского царя, при котором состоял бы такой огромный штат предсказателей. Почти ежедневно Иван требовал «вещей правды». Заболев в начале 1584 года, спросил и о дне своей смерти. Предсказатели и астрологи, посоветовавшись, назвали дату: 18 марта 1584 года. Грозный только фыркнул. Ему уже не однократно пророчили скорую кончину. Все пророчащие давно на том свете. А он вот – живехонек! Да еще и научился поигрывать со смертушкой. К примеру, на 49-м году жизни он отправился в Александровскую слободу и там объявил, что умирает. Все бояре и духовенство кинулись «ко смертному ложу». А он лежал, вполне здоровый, хихикая про себя и слушая речи, которые никогда бы не произнесли его ближние, если б не поверили, что он при смерти. Ну а наслушавшись вдоволь, Иван Грозный, «проздоровев, воспрял духом». Ох и полетели тогда головы «смутьянцев»!

Однако всю зиму и начало марта царь действительно чувствовал себя плохо. Но именно 18-го числа ему стало гораздо лучше. Он даже принял баньку и выпил чарочку. Вернувшись в покои, с недоброй усмешкой проговорил: «Вы каркали, что сегодня день моей смерти. Но я жив и на закате прикажу казнить вас!» Он уже предвкушал ужас в глазах ясновидцев, но… «День еще не кончен, царь!» – прозвучал ответ. Монарх хмыкнул и сел играть в шахматы с князем Бельским. Как обычно, начал выигрывать и вдруг… уронил фигуру, упал на ковер и помер.

Вот только «гроза над Москвой» не закончилась. И следующие три дня лило как из ведра. И вновь москвичи стали шептаться, что это предвещает самое плохое. И опять не ошиблись. Их ждало короткое правление Федора Иоанновича. После– неурожаи и голод при Борисе Годунове. Ну а там началось Смутное время, приходы самозванцев, и все смешалось на великой Руси…

 


 

Елена Коровина

ред. shtorm777.ru