Иные миры, стрелы Времени

Проходы в иные миры

XX столетие 70-е годы — в Краснодарском крае ударными темпами прокладывали тоннель под горным хребтом Калачи, он должен был связать и, в конце концов, связал две железнодорожные станции — Крайняя Щель и Чилипси. Это строительство, несмотря на то, что технология проходок в твердых грунтах была отработана до совершенства, шло с немотивированными пробуксовками.

Комиссия МПС СССР, которой было поручено разобраться в причинах срыва сроков строительства важного объекта, убедившись в том, что люди работают в полную силу, ударно, представила отчет по этому поводу в правительство. Тогда по личному распоряжению Л.И. Брежнева расследованием «туапсинских неурядиц» — так в завуалированной форме был назван феномен тоннеля — занялся вездесущий КГБ под кураторством заместителя председателя, генерала С.К. Цвигуна.

Тут и произошло самое неожиданное — то, что никак не может подпадать под компетенцию спецслужб. Выяснили, что в сменяющих друг друга невероятных происшествиях виновны никакие не проектировщики, инженеры, техники, рабочие, а виновато всесильное Время, которое весьма произвольно меняет свой бег в монолитах грунта и камня. Конечно, информацию сразу засекретили. Буквально с каждого, кто имел прямое либо косвенное отношение к проходке, была взята расписка о неразглашении.

Прошли года. Участники давних событий вначале робко, потом смелее, заговорили. Их рассказы кратко, но исчерпывающе прокомментировал некогда входивший в группу следователей КГБ полковник И.Д. Карамазин:
— Совсем не верится, а если верится, то с трудом. Но все — малая часть большой, абсолютно безумной правды, до которой мы, к сожалению, хоть и привлекли авторитетных ученых, докопаться тогда не смогли. Не смогли еще и потому, что это было далеко не безопасно.


О часто принимающих трагическую окраску парадоксах Времени, когда случайно тревожили его «узлы», и о самих «узлах» бывший прораб строительства Н.Е. Духовичный говорит следующее:

— За свою жизнь, большая часть которой прошла под землей, в выработках, я насмотрелся разного. Однако чудеса эти, носили чисто природный характер, и о них можно прочитать в очерках о метростроевцах и шахтерах. В тоннеле, прокладываемом вблизи Туапсе, все было совсем иначе. Кроша камень, неожиданно наталкивались на извилистые или прямые, подобные цилиндрам пустоты, изнутри идеально отшлифованные, покрытые чем-то наподобие черного стекла. Диаметр пустот был, как у труб магистральных водоводов, идущих в никуда, упирающихся в непробиваемые каменные плиты. Удивительно, но, несмотря на идеальную герметичность, в цилиндрах этих всегда присутствовали ощутимые воздушные завихрения. Стеариновые свечи, смоченные соляркой обрывки ветоши постоянно гасли, словно огонь кто-то задувал, не давая гореть. И это не все.

Четыре наших проходчика как-то раз из любопытства захотели провести обеденный перерыв, разместившись вплотную к таинственной системе цилиндров, и… исчезли. К счастью, не навсегда. Спустя три дня поисков вернулись самостоятельно и рассказали о том, что вспыхнул яркий свет, который сменился серым тоскливым туманом, в котором они недолго блуждали, пока не вышли к нам. Они клялись, что мы их не видели, не слышали их голосов, что они, видя и слыша нас, беспрепятственно проходили сквозь любые материальные преграды, сквозь нас также. Они запаниковали. Непонятно как, снова оказались в цилиндрах. Откуда вышли в облике нормальных людей, только вначале гибких, скользких, маленьких.

Товарищам нашим очень повезло. В параллельной смене два проходчика на глазах у рабочих, будучи рядом с цилиндрами, превратились в туман. Их как бы всосал камень. Навсегда. Я видел место их гибели. На серой поверхности скалы просматривалось покрытое толстым слоем известняка углубление, которое повторяло очертания тела человека. Таких загадочных и страшных углублений при проходке мы обнаружили несколько.

О чем это может свидетельствовать? В то время я даже не догадывался. Теперь убежден, что толщи первозданной, не потревоженной человеком земли были постоянно находящимися в движении, кочующими «узлами» Времени, открывающими похожие на гигантские воронки ходы в иные миры.

Раньше, остерегаясь, что примут за ненормального, я никому не рассказывал о впечатлениях от пребывания в одном из таких, бессчетных, иных миров. Сейчас скажу смело. Я побывал там. Вынес оттуда, что плохо, бредовые впечатления. И, что хорошо, блуждая там, я подспудно понимал, что, по земным меркам, стремительно молодею. Все же, вырвавшись из ловушки Времени, я спасся. Если бы остался там, попросту сгорел бы, слился с другими, раскаленными, как Солнце, энергиями.
Другие миры — это другие уровни бытия, где Время не только течет иначе. Оно вольно оживлять, убивать, творить формы жизни чуждые, порой враждебные нам.

Можно ли принимать на веру откровения Духовичного? Вероятно, можно. Ведь по иным мирам блуждал он не в одиночестве. Аналогичные впечатления о тамошнем устройстве, «наполненном текущим в разных направлениях Временем», поделился также инженер С.С. Безверхий, в годы горбачевской перестройки безрезультатно старавшийся привлечь внимание партийных органов и научных институтов к «иррациональной подземной реальности». Откуда было знать Сергею Сергеевичу, что от его «сигналов» не отмахнулись. Его показания тщательно проверялись, анализировались лучшими умами советской физической науки.

Безверхий умер два года назад в Гомеле. Один из его рассказов в изложении полковника И.Д. Карамазина выглядит так:

— Безверхий настаивал на том, что не лжет ни единым словом. Мы, напротив, заподозрили его в сговоре с Духовичным. Нам показалось, что они пускают пыль в глаза, для того чтобы уйти от ответственности за срыв сроков сдачи объекта в эксплуатацию. Но, увидав, насколько самоотверженно трудятся бригады проходчиков, побывав в зонах действия цилиндров Времени, и ученые, и чекисты, задействованные в недостроенном тоннеле, кардинально поменяли взгляды на происходящее. Возле этих дыр, микроскопических тоннелей, не только безобразно портилось самочувствие, но было заметно, как хорошо различимые в темноте потоки лучистой энергии уносят с глаз долой различные предметы. К примеру, я не смог удержать часы на запястье. Ремешок вытянулся, порвался, упал под ноги. Позолоченные механические часы растворились в воздухе. Факт, от которого нельзя отмахнуться. Кто же проказничал? Где ответ?

Или вот. С голов рабочих, будто ветром сдувало, исчезали пластиковые каски вместе с фонарями, а с поясов — аккумуляторные батареи. Проблемы были и с резиновыми сапогами, и прорезиненными комбинезонами. Их хватало на семь-восемь часов, после чего рассыпались в труху. Что могло разлагать прочнейший материал? Непонятно.

Непреодолимые проблемы появлялись с узлами и механизмами машин, которые были изготовлены с применением меди, латуни, бронзы. Тут было так. Все работает отлично. Раздается свист, сопровождаемый скрежетом. Механизмы стопорятся. Вызывают механиков, слесарей. Те посмотрев заявляют, что детали из цветных металлов сняты, украдены. Кем? Для чего? Никого из посторонних в забое не было. Опять, выходит, вынужденная остановка проходки. Опять сроки сдачи откладываются. Плохо, кто спорит, да не сравнится с исчезновением надолго или навсегда человека. Как исчез мой подчиненный Алексей Воротников. Хорошо что не надолго. На полчаса.

Идет рядом со мною по ярко освещенной трассе для грузовиков, вывозящих породу. Мы почти касаемся локтями. Делает шаг в сторону. Я его уже не вижу. Искать бесполезно. Вокруг все замечательно просматривается. Стою, жду, переживаю. Появляется без каски и фонаря. Где был? Отвечает, что не уходил никуда. Задремал на ходу, оступился и угодил в какую-то заполненную водой яму. Вместе ищем эту яму. Нет ее, никогда не было здесь.

Безверхий, с которым я беседовал неоднократно, в отличие от Воротникова свои видения с момента исчезновения из забоя и вплоть до возвращения худо-бедно, но припомнил. Слушал я его, по сути мало чему удивляясь. Он твердил, что главным для него было «сбежать, не остаться там, непременно вернуться».

Вернувшиеся «оттуда» всегда говорили о светящихся ячеистых структурах, «отгораживающих одно от другого». Полковник и его коллеги из КГБ допытывались, что такое «одно» и что такое «другое».
Внятных ответов они не получали. Люди настаивали: «Тамошний свет мертвый, неподвижный и опасный, потому как уничтожает живое, разбивая на атомы». Безверхий конкретизировал: «Тамошний свет — не что иное, как Время, произвольно пронизывающее все сущее, в том числе нашу планету. В местах его концентрации естественным путем образуются узкие норы-тоннели, ловушки, в которые, вероятно, целенаправленно попадают объекты материального мира, в том числе — люди». И.Д. Карамазин заключает: — На основании пережитого личного опыта Безверхий правильно определил назначение тоннелей в форме цилиндров, имеющих начала, но не имеющих выходов.

Подобных объектов на на нашей планете насчитывается тысячи. Есть они в Америке, Мексике, Турции, Парагвае, Перу, Болгарии… Информация, которой я располагаю, достоверна и заключается в том, что «стрелы Времени» с их колоссальным энергетическим потенциалом, когда сходятся в узлы, образуют подземные стекловидные цилиндры. Неожиданные исчезновения людей, в которых и старину обвиняли силы ада, а теперь обвиняют пилотов НЛО, по-видимому, провоцируются концентрациями, вспышками энергии Времени.

Такой вывод сделали и ученые, которые были привлечены к изучению феномена тоннеля Калачи. Приходится сожалеть, что после распада Союза так и не нашлось материальных и интеллектуальных ресурсов, чтобы продолжить захватывающе интересные исследования…

 


 

«Интересная газета»

ред. shtorm777.ru