Эвтаназия

Эвтаназия — виды, моральная и юридическая точка зрения

Среди множества проблем существует одна, которая, наверно, больше всех волнует как специалистов, так и простых людей, задумывающихся о старении и смерти. Это широко обсуждаемое явление, получившее название «эвтаназии». (От греческих слов эв— приятный, красивый и танатос— смерть; таким образом, слово «эвтаназия» означает «красивая, счастливая смерть».)

Однако в большей степени точное танатологическое значение этого слова заключается в ускорении смерти больного человека медицинскими способами. Проблема эвтаназии включает вопрос о допустимости или недопустимости такого отношения к умирающему человеку и многие другие медицинские, психологические и юридические вопросы.

Термин «эвтаназия», как видно, впервые применил английский философ Френсис Бэкон (1561–1626 гг) в своем известном труде «Новый Органон». Однако это совсем не означает, что эвтаназия — явление только нового исторического времени. Есть основания полагать, что в Древнем мире, в частности — в Древней Греции, нередко приходилось положить конец жизни и страданиям тяжелобольных или раненых на поле сражения людей.

Об этом может свидетельствовать, в частности, то обстоятельство, что Платон в своем знаменитом труде «Республика», предопределяя основные черты желательного государственного устройства, высказывает мнение, что врачи не должны лечить человека, который уже не в состоянии жить. Надо давать такому человеку возможность умереть, и такое отношение, но мнению Платона, благоприятно как для него, так и для государства. Говоря современным языком, Платон был сторонник пассивной эвтаназии.

Но в прошлом имелись и другие мыслители — Томас Мор, Френсис Бэкони другие, высказывавшиеся в пользу более активной, действенной эвтаназии. А это означает, что, по их мнению, врачи должны помочь безнадежному больному, чтобы он легче и быстрей умер и, главное, без страданий.


Таким образом, в наше время различают два вида эвтаназии:

а) активную, действенную эвтаназию: врач предпринимает целенаправленные действия, которые ускоряют наступление смерти больного;

б) при пассивной эвтаназии врач прекращает лечение больного, уже не стремится продлить ему жизнь, потому как считает что это бессмыслено и безнадежно.

В разных странах мира пассивная эвтаназия применяется весьма часто, а активная ее разновидность — относительно редко. Здесь уместно задаться вопросом: в какой степени эвтаназия является приемлемой в отношениях врача и больного? Эта проблема серьезно обсуждается в среде врачей и философов, потому как с попытками применения эвтаназии и с соответствующими сообщениями мы встречаемся все чаще и чаще.

В специфических случаях целесообразность пассивной эвтаназии принимают и специалисты в области реанимации. Так, известный русский реаниматолог В.А.Неговский писал:

«Ложный гуманизм предписывает врачу во всех без исключения случаях начинать реанимационные мероприятия и продолжать их до прекращения дыхания или сердечной деятельности. Между тем мировая статистика убедительно показывает, что если остановка кровообращения у человека в условиях нормальной температуры и при отсутствии наркоза превышает сроки, которые способна перенести кора головного мозга, то восстановление функций центральной нервной системы, нужное для сохранения личности больного, невозможно. Нам кажется разумной точка зрения, по которой нецелесообразно приступать к восстановлению сердечной деятельности и дыхания, если достоверно определено, что остановка сердца продолжалась больше того срока, который может перенести мозг после прекращения кровообращения. В случае же достоверной констатации необратимого поражения мозга реанимационные мероприятия следует прекратить».

Такой вывод не вызывал бы сомнений, если бы наука достоверно знала функции всех разделов головного мозга человека. Ведь бывают случаи, когда поражения обширных разделов коры головного мозга не приводят к заметному изменению поведения человека! Как бы то ни было, общий подход, который был выражен в приведенных словах известного реаниматолога, в целом является приемлемым.

Стремление к сохранению чисто биологического («растительного») человеческого существования считается «ложным гуманизмом» и с этим нельзя не согласиться. Если всмотреться повнимательней в происходящее в реальной жизни, нетрудно убедиться, что пассивная эвтаназия — весьма распространенное явление.

Порой сам безнадежно больной человек отказывается от медицинской помощи, скрывая свои мучения, чтобы ускорить свой конец. Многие не желают стать бременем для родных. Для обозначения этого явления уместно применять термин самоэвтаназия, или автоэвтаназия.

С целью избавления от страданий некоторые безнадежно больные, не умея покончить жизнь самоубийством, обращаются к врачам с просьбой ускорить свою смерть. Это можно сделать или при помощи больших доз лекарств или другими способами. Когда врач оказывается в такого рода ситуации, он начинает переживать внутренний морально-психологический конфликт.

Как найти приемлемое с моральной и юридической точек зрения решение?

Врач, больной и его родственники, а также специалисты в области психологической танатологии для того что бы найти приемлемые решения должны обсуждать следующие вопросы:

• Самостоятельная ценность жизни;

• Право лишать другого, себе подобного, жизни;

• Роль личности врача.

• Самостоятельная ценность жизни. Какому принципу следовать перед лицом этой проблемы? Если превыше всего человек и его интеллект, его неповторимое «Я», то индивидуальная жизнь каждого должна продолжаться так долго, как только возможно. Даже полная страшных страданий жизнь ценней и желательней смерти.

• Есть ли у человек право лишать другого, себе подобного, жизни,если тот даже просит об этом? Каждый должен сам решить для себя вопрос жизни или смерти. Прося другого об ускорении своей смерти, он, по сути, перекладывает лежащую на нем ответственность на другого. В какой мере такое поведение возможно считать зрелым с социально-психологической точки зрения? Может быть, с моральной точки зрения самоубийство все же предпочтительней, чем эвтаназия? Ведь последняя в таком случае также есть самоубийство, но, так сказать, опосредованное, при помощи другого!

• Важный вопрос, касающийся уже личности врача: почему некоторые из врачей соглашаются совершить эвтаназию, а другие решительно отвергают подобные просьбы больных? Когда больной обращается к доктору с просьбой ускорить свою смерть, врач переживает острый внутренний конфликт между высшей оценкой человеческой жизни и желанием избавить больного от страданий. Понятно, что принимаемое решение зависит от философских представлений и общего уровня морального развития личности врача.

Но есть ли у больного «право на смерть»? Позволительно ли просить у доктора ускорить приближение своей смерти, таким образом ставя специалиста, призванного лечить и спасать человеческие жизнь, в состояние тяжелого конфликта?

Приверженцы активной эватаназии полагают: если больной, находясь и полном сознании и отдавая себе отчет о тяжести своей болезни, неизбежности новых страданий и смерти, по своей воле просит ускорить свою смерть, то такой свободный выбор следует уважать: ведь свобода воли и независимость личности — высшие ценности, доступные для человека. Они считают, болезненному, «невротическому» отношению к жизни и смерти должен прийти на смену мудрый реализм. Вспомним, что В.А.Неговский называл «ложным гуманизмом» всяческое стремление сохранить жизнь человека, который страдает и неспособен самостоятельно жить.

Сторонники такой точки зрения считают также, что продление жизни страдающего, неизбежно умирающего человека — это жестокость, выражение слепого догматизма, ошибочного представления о том, будто человеческая жизнь священна и нельзя поднимать на нее руку.

Однако такая точка зрения, по моему мнению, лишь внешне выглядит гуманистической. В первую очередь появляется вопрос: в какой мере решение об ускорении собственной смерти является результатом свободного выбора, работы свободной воли? На процесс принятия решения оказывает влияние множество факторов, часть которых может не осознаваться.

Больной может принять такого рода решение по различным причинам: потому что нет людей, которые сопереживали бы с ним и заботились бы о нем; потому как не желает стать обузой для других; может играть роль даже такое обстоятельство, как знание того, каким образом другие люди в прошлом, оказавшись в похожей ситуации, не ждали пассивно, а ускорили наступление своей смерти. Очевидно, что перечисленные обстоятельства — внешние социальные факторы, и если они оказывают влияние на принимаемое решение, тогда такое решение нельзя считать выражением свободной воли человека.

Следует вспомнить, что с просьбой ускорения своей смерти, т. е. осуществить над собой активную эвтаназию, к медикам обращались также некоторые выдающиеся личности, люди, которые знали эту проблему, размышляли о ней. Так, знаменитый психолог и врач Зигмунд Фрейд после нескольких операций полости рта, пребывая в тяжелом физическом и душевном состоянии, просил своего лечащего врача при помощи уколов ускорить его смерть. Врач, насколько мы знаем, отказался от соучастия в таком деле.

И конечно, наряду со сторонниками эвтаназии — активной или пассивной — имеется множество других врачей, для которых она аморальна и неприемлема. Активная эвтаназия несовместима с «клятвой Гиппократа», в которой есть такое выражение: я никому не дам то смертельное средство, которое он у меня просит, и не покажу такие средства, при помощи которых он сможет осуществить свое намерение умереть.

Действительно, как отмечают противники активной эвтаназии, способствуя ускорению наступления смерти человека, медики этим способствуют снижению уровня моральной ответственности медработников. Активная и даже пассивная эвтаназия может деморализовать также больных, ослабив в них волю к борьбе за свою жизнь и здоровье. Она приведет к увеличению числа смертельных случаев вследствие ошибочной диагностики.

Но, мы полагаем, что решение всех этих конкретных медицинских, а также моральных и психологических вопросов и конфликтов обусловлено тем, как решается проблема судьбы человеческого духа, его «Я» после смерти физического тела. Потому как люди с разными религиозными и философскими взглядами по-разному решают этот вопрос, то естественно, что и эвтаназию также не могут оценивать одинаково. Эту задачу следует специально обсудить еще раз после изложения всего того, что нам стало известно в последние годы о судьбе «Я» умирающего человека.

 

 


 

А.Налчаджян

ред. shtorm777.ru