Битва при Каннах 216 год до н. э.

Как Ганнибал смог выиграть битву при Каннах

Битва при Каннах 216 год до н. э. Среди множества сражений античной эпохи особенное место занимает битва при Каннах, ставшая крупнейшим сражением Второй Пунической войны – войны за господство в Средиземноморье между двумя великими державами той эпохи, Римской и Карфагенской республиками. Хотя эта битва не смогла предопределить результат войны в пользу Карфагена, на сегодняшний день она является одним из наиболее ярких примеров тактического мастерства в военной истории.

В первую очередь, это один из наиболее известных примеров окружения численно превосходящих сил противника. Кроме этого, считается, что по численности жизней, потерянных в один день, Канны входят в число 30-ти самых кровопролитных сражений во всей человеческой истории до наших времен. И к тому же, это пример того, что даже величайшие военные победы далеко не всегда могут решать исход самой войны…

К моменту великой битвы положение двух воюющих сторон было весьма неопределенным. С одной стороны, карфагенский полководец Ганнибал Барка, начавший в 218 г. до н. э. свой поход на Италию, одержал ряд побед. При реке Треббии, а после при Тразименском озере он смог разгромить две крупные римские армии. С другой стороны, Рим, осознавший в конце концов всю опасность войны со столь талантливым полководцем, смог собрать силы, в значительной мере превышавшие силы Ганнибала.

Перед сражением римская армия насчитывала 86 000 воинов, из них 80 000 пехоты и 6 000 конницы. У Ганнибала было всего 50 000 солдат, но у него было большое превосходство в коннице: его африканская кавалерия насчитывала 10 000 человек. Можно сказать и о психологическом преимуществе карфагенян – римская армия в большинстве своем состояла из новобранцев, у Ганнибала же были только ветераны, уже неоднократно громившие римлян.

Тем не менее, значительное численное превосходство привело к всплеску в Риме реваншистских настроений. Демократические круги народного собрания потребовали решительных действий, и на 216 г. до н. э. консулами были избраны опытный военачальник Луций Эмилий Павел и популярный в народе сторонник немедленных решительных действий Гай Теренций Варрон. Их поставили во главе объединенной армии, при этом, как было принято у римлян, командовали ею поочередно: один по четным дням, другой по нечетным. И это консульское двоевластие стало одной из важных причин последующей катастрофы.

Настроение войск римских союзников было неустойчивое, противник разорял страну. В этой обстановке сенат высказался за то, чтобы дать решительный бой. Консулы Гай Теренций Варрон и Луций Эмилий Павел получили от сената указания «кончить войну мужественно и достойно отечества, когда наступит благоприятный для того момент». Консулы объявили решение сената, разъяснили воинам причины прежних неудач и заявили, что при настоящих обстоятельствах, нельзя назвать ни одной причины, ни одного препятствия к тому, чтобы победа была за ними. После этого римские легионы выдвинулись к Каннам и спустя два дня стали лагерем в двух километрах от противника.


По численности римская армия  превосходили силы карфагенян почти в два раза, но карфагенская армия имела важное преимущество: количественное и в особенности качественное превосходство конницы, применять которую позволяла совершенно открытая равнина. В этих условиях Эмилий Павел считал необходимым воздержаться от боя, отодвинуть армию дальше, увлечь за собой карфагенян и потом дать бой на позиции, удобной для пехоты. Теренций Варрон держался обратного мнения и требовал боя на равнине под Каннами.

1 августа – армией римлян командовал Варрон; он отдал приказ легионам сняться с лагеря и выдвинуться навстречу противнику. Эмилий был против этих действий, но Варрон не обращал внимания на все его протесты. Навстречу римскому войску Ганнибал двинул свою конницу и легковооруженных пехотинцев и внезапно атаковал римские легионы во время движения, внеся замешательство в их ряды.

Но после римляне выдвинули вперед отряд тяжеловооруженной пехоты, подкрепив его метателями дротиков и конницей. Атаку карфагенян удалось отразить, и они вынуждены были отступить. Этот успех еще больше укрепил Варрона в его стремлении к решительному бою. На другой день Эмилий уже не мог безопасно отвести легионы, так как римляне находились в непосредственном соприкосновении с противником.

2 августа — только показалось солнце, римские войска вышли сразу из обоих лагерей и начали выстраивать боевой порядок на левом берегу реки Ауфид, фронтом на юг. Часть римской конницы поместили у самой реки на правом крыле; к ней в той же линии примыкала пехота, при этом манипулы были поставлены гораздо тесней, чем прежде, и всему строю была дана большая глубина, чем ширина. Другая часть конницы (конница союзников) стала на левом крыле. Впереди всего войска, в некотором отдалении, разместились отряды лучников и пращников. Боевой порядок римлян занимал по фронту около двух километров.

Тяжеловооруженную пехоту выстроили в три линии по 12 шеренг в каждой, то есть в глубину – 36 шеренг (по другим данным, в три линии по 16 шеренг, то есть всего 48 шеренг). Столь мощная глубина строя могла подразумевать одну-единственную тактику – фронтальное наступление. Резервы на случай непредвиденных действий противника вообще не предусматривались.

Легионы и манипулы выстраивались с сокращенными интервалами и дистанциями; на левом фланге выстроилась 4-х тысячная конница под командованием Варрона, на правом фланге – 2-х тысячная конница под командованием Эмилия. 8 000 легковооруженных пехотинцев прикрывали боевой порядок. 10 000 легионеров оставались в лагере, 7 000 человек охраняли обоз. Таким образом, непосредственными участниками битвы стали 69 000 римлян.

Сокращение интервалов и дистанций и увеличение глубины построения римлян фактически означало отказ от не раз проверенных преимуществ манипулярного строя легионов. Римская армия превратилась в огромную фалангу, которая была неспособна маневрировать на поле боя. Причем римляне не сделали почти ничего для борьбы с основным минусом фаланги – ее неумением отражать атаки с флангов. В условиях открытой равнины эта ошибка была роковой.

Боевой порядок карфагенской армии был расчленен по фронту: в центре располагались худшие войска, крылья состояли из отборных частей пехоты и конницы. На своем крайнем правом фланге Ганнибал построил нумидийскую конницу (2 000 всадников) под началом Ганнона, на крайнем левом фланге находилась тяжелая африканская кавалерия (8 000 всадников) под командованием Гасдрубала, при этом на пути наступления этой кавалерии находились всего 2 000 всадников плохо обученной римской конницы.

Рядом с конницей, на обоих флангах, было по 6 000 человек тяжелых африканских пехотинцев (ливийцев), построенных в 16 шеренг. В центре, глубиной в 10 шеренг, стояли 20 000 галлов и иберов, которым Ганнибал приказал выдвинуться вперед. Центр был построен уступом вперед, с тем чтобы получилась кривая линия наподобие полумесяца, к концам постепенно утончавшаяся. Здесь же находился и сам Ганнибал. 8 000 легковооруженных пехотинцев прикрывали боевой порядок карфагенской армии. Таким образом, несмотря на меньшую численность, ширина строя была у карфагенян больше, чем у римлян.

Начало великой битвы было обыденное. Как и в других сражениях античности, первое слово сказали лучники и пращники. Легковооруженная пехота обоих противников, завязав бой, потом отошла за расположение своих армий. Вслед за этим конница левого фланга боевого порядка карфагенян разбила конницу правого фланга римлян, вышла в тыл их боевого порядка, атаковала конницу левого фланга и рассеяла ее. Карфагеняне прогнали римскую конницу с поля боя. Одновременно развертывался бой пехоты.

Римская фаланга двинулась вперед и атаковала карфагенян. Какое-то время ряды иберов и кельтов выдерживали бой и храбро сражались с римлянами; но потом, под давлением тяжелой массы легионов, они подались и стали отступать назад, изгибая линию полумесяца в противоположном направлении. Фактически, у карфагенян фланги и центр вступили в битву не одновременно, центр раньше флангов, потому как кельты, выстроенные в виде полумесяца, выпуклой стороной, обращенной к неприятелю, выступали далеко вперед.

Наступая на кельтскую пехоту, римляне теснились к центру, туда, где подавался неприятель, и ушли так далеко вперед, что с обеих сторон оказалась между тяжеловооруженными ливийцами, располагавшихся на флангах. Ливийцы правого крыла сделали поворот налево и, наступая справа, выстроились против римлян с фланга. Ливийцы левого крыла сделали такой же поворот направо.

Все получилось так, как и рассчитывал Ганнибал: в погоне за кельтами римляне были окружены ливийцами. Не имея более возможности вести сражение по всей линии, римляне в одиночку и отдельными манипулами дрались с неприятелем, теснившим их с боков.

Весь ход событий на поле брани создавал предпосылки для охвата флангов римской армии карфагенской пехотой и завершения окружения римлян конницей и уничтожения окруженной римской армии. Боевой порядок карфагенян принял вогнутую охватывающую форму. Римляне вклинились в него, что облегчило двухсторонний охват их боевого порядка. Задним шеренгам римлян было необходимо повернуться для борьбы с карфагенской конницей, которая, разбив римскую конницу, атаковала римскую пехоту.

Тем самым, карфагенская армия закончила окружение римлян. Плотное построение легионов лишило их маневренности. Римляне были сбиты в одну кучу, и сражаться имели возможность лишь воины внешних шеренг. Численное превосходство римлян потеряло свое значение; внутри этой огромной массы происходила давка, воины не могли повернуться. Началось страшное избиение римлян. В результате 12-ти часового боя римляне потеряли 48 000 убитыми и около 10 000 пленными. Потери карфагенян убитыми составили 6 000 человек.

Римское войско было разгромлено потому, что не реализовало тактических преимуществ своего боевого порядка; в частности, не было выделено сильного резерва, что поздней стало правилом в римской армии. Они вернулись к нерасчлененной фаланге, что и свело на нет римское превосходство в силах. Глубина построения стесняла действия бойцов, а узкий фронт поспособствовал их окружению. Наличие маневренности у противника в данном случае привело римлян к катастрофе. Боевой порядок карфагенской армии был построен с расчетом на полное уничтожение противника путем его окружения при помощи сильных флангов при наличии слабого центра.

Фланги не только перестали быть уязвимым местом в боевом порядке, но явились средством окружения меньшими силами крупных сил противника. В Битве при Каннах хорошо вооруженная, организованная и обученная конница карфагенян одержала победу над первоклассной по тем временам римской пехотой. Она завершила окружение армии римлян, что фактически решило исход боя. Карфагенская конница хорошо маневрировала на поле боя и хорошо взаимодействовала с пехотой.

После поражения римлян под Каннами, от Рима отпали некоторые крупные города Южной Италии. Ганнибал смог создать антиримскую коалицию из Македонии, Сиракуз и отдельных греческих городов Сицилии. По сути, Рим оказался в кольце врагов. Но карфагенская армия не пошла на Рим. Карфагенский сенат, боясь усиления власти Ганнибала, не стала поддерживать свою армию, находящуюся в Италии, ни флотом, ни деньгами. Крупная победа карфагенской армии не была использована Карфагеном в полной мере.

А вот римское правительство, напротив, сделало выводы из этого поражения и предприняло самые энергичные меры. Прекратились внутренние раздоры между демократической партией и сенатом. Сторонники решительных военных действий потеряли политический авторитет, а влияние сената резко увеличилось. Обещаниями и угрозами Рим смог сохранить верность большего числа латинских и италийских союзников. Ценой неимоверного напряжения сил были собраны новые войска, во главе которых стали Фабий Максим и решительный Клавдий Марцелл. С 215 г. до н. э. начался новый этап войны, который в целом можно определить как этап относительного равновесия.

 

 


 

А.Доманин

ред. shtorm777.ru