Фермопильское сражение

Фермопильское сражение

Битва при Фермопилах состоялась в сентябре 480 года до н. э. в ущелье Фермопилы.

Мало какое историческое событие столь известно и в то же время окружено таким большим количеством мифов и заблуждений, как битва в Фермопильском ущелье. Неоднократно приходилось слышать мнение, что в этой битве 300 героических спартанцев на протяжении нескольких дней сдерживали пятимиллионную армию персов (одно из нелепейших заблуждений Геродота, однако при этом одно из самых живучих), и только предательство привело спартанцев к гибели.

Согласно другому мнению, спартанцы во главе с царем Леонидом пожертвовали собой, чтобы дать Элладе время подготовиться к вторжению. Действительность же, как это часто бывает, выглядела абсолютно по другому…

Поражение в Марафонском сражении не заставило персов отказаться от мысли завоевать Элладу. Но приготовление к новому вторжению затянулась на 10 лет. Смерть в 486 г. до н. э. персидского царя Дария I привела к обычной для восточных деспотий борьбе за власть и другим неурядицам в виде восстаний покоренных народов. Преемнику и сыну Дария Ксерксу потребовалось для решения этих проблем несколько лет. И когда новвый царь укрепил свою власть, то немедленно вернулся к старой идее.

На подготовку к великому вторжению ушло почти 2 года. К началу 480 г. до н. э. основные приготовления были закончены. К побережью Малой Азии подтянулся огромный флот (1207 кораблей), а в Сардах, столице Лидийской сатрапии, собралось сухопутное войско, которое состояло из представителей различных племен и народов, и все со своим вооружением.

Прибыл сюда и сам Ксеркс со своей гвардией – 10 000 «бессмертных». Так этих царских телохранителей называли потому, что численность их отряда всегда оставалась неизменной: на место убитого или умершего немедля принимали нового гвардейца.

Геродот, сообщая о численности собранного Ксерксом воинства, писал, что для похода на Элладу Ксеркс собрал более пяти миллионов человек, из них 1 700 000 составляли воины. Эта цифра абсолютно нереальная, и объяснить ее возможно лишь тем, что у страха глаза велики, а страх тогда в Элладе царил небывалый.


На самом деле персидское войско едва ли могло насчитывать более 200 000 человек. Большее количество попросту не могло бы прокормиться, и для него не хватило бы питьевой воды во всех реках и водоемах, которые должны были встретиться по пути. Следует заметить, что и из этих 200 000 не больше половины (а скорей треть) были настоящими воинами, остальные представляли многочисленную обслугу, обозников, строителей.

Тем не менее, и такое войско в значительной степени превышало силы не только любого из греческих полисов, но и всех их вместе взятых. А если учесть, что как раз этого единения среди греков и не было, следует признать, что силы Ксеркса были чрезвычайно велики и опасность для Эллады была в действительности грозной.

480 год до н. э. — огромное персидское войско во главе с царем Ксерксом совершило переход из Малой Азии в Европу через пролив Геллеспонт (ныне Дарданеллы). В самом узком месте пролива, который отделяет Азию от Европы, финикийские строители соорудили хитрый мост, соединивший оба берега: поставили борт о борт корабли, положив сверху настил. Однако разыгрался шторм, и от моста остались одни щепки.

Разгневанный Ксеркс велел казнить строителей, а море высечь плетьми и опустить в него оковы, чтобы впредь оно не дерзало противиться его воле. После чего выстроили новый мост, намного прочней прежнего, и по нему персидское войско двинулось в Европу. Переправлялись без перерыва 7 дней и ночей.

Греки выслали войско – около 10 000 гоплитов – чтобы задержать персов на дальних подступах к Пелопоннесу. Вначале союзное войско хотело сдержать Ксеркса на северной границе Фессалии с Македонией, однако после оно отошло на Истмийский перешеек, соединяющий полуостров Пелопоннес с Балканами.

Но в таком случае многие из греческих городов на материке оказались бы беззащитны, и в итоге войско перешло к Фермопилам, узкому проходу в горах, ведущему из Фессалии в Среднюю Грецию. Вместе с этим греческий флот в количестве 271 триеры стал заслоном для персидской флотилии неподалеку от Фермопил, у мыса Артемисий.

Описание Фермопильского ущелья есть у Геродота. «Так, у селения Альпены за Фермопилами есть проезжая дорога только для одной повозки… На западе от Фермопил поднимается недоступная, обрывистая и высокая гора, простирающаяся до Эты. На востоке же проход подходит непосредственно к морю и болотам. В ущелье этом построена стена, а в ней когда-то были ворота. Древняя стена была построена в стародавние времена и от времени большей частью уже разрушилась. Эллины решили теперь восстановить стену и этим преградить варвару путь в Элладу».

Греческое войско состояло из постоянных городских отрядов профессиональных тяжеловооруженных воинов-гоплитов, посланных в качестве передового заслона, пока города собирали ополчения. При Фермопилах собралось до 6 000 гоплитов; спартанский отряд в 300 воинов возглавлял царь Леонид, сын Анаксандрида. Он же считался и главнокомандующим всего эллинского войска.

Следует заметить, что эти 6 000 тяжеловооруженных воинов отнюдь не составляли все греческое войско. Из различных источников можно узнать, что в войске было до 1 000 спартанских периэков (неграждан), а на каждого спартанского гоплита приходилось по 7 рабов-илотов, которых использовали в качестве легковооруженных воинов. Возможно предположить, что и в отрядах других полисов было немало воинов, не вошедших в приводимое Геродотом число гоплитов.

По современным оценкам, количество греческих воинов, собравшихся для обороны Фермопильского прохода, могло доходить до двадцати 20 000 человек. Армию персов современные историки оценивают в 70 000. Потому ни о каком сто– или тысячекратном превосходстве персов не могло быть и речи.

Греки разбили лагерь за стеной, перекрывающей узкий Фермопильский проход. Стена эта представляла из себя невысокую баррикаду, которая была выложена из тяжелых камней. Персидское войско остановилось у города Трахина перед входом в Фермопилы. Один местный житель, рассказывая эллинам о многочисленности варваров, добавил, что «если варвары выпустят свои стрелы, то от тучи стрел произойдет затмение солнца».

В ответ спартанец Диенек беззаботно пошутил: «Наш приятель из Трахина принес прекрасную весть: если мидяне затемнят солнце, то можно будет сражаться в тени» (в некоторых из источников это высказывание приписывают самому царю Леониду).

Ксеркс выжидал 4 дня, а на 5-й отправил наиболее боеспособные отряды из урожденных мидян и персов на штурм. Согласно данным историка Диодора, царь отправил в первой волне атакующих тех воинов, чьи близкие родственники погибли за 10 лет до того в Марафонском сражении.

Греки встретили их в теснине лицом к лицу, тем временем как другая часть воинов оставалась на стене. Греки притворно отступали, но затем разворачивались и контратаковали расстроенные отряды персов. Потом персидский царь сменил мидян на киссийцев и саков, славных своей воинственностью.

Воины Ксеркса, в более легком вооружении и не имея строевой подготовки, подобной греческой, не могли прорвать плотную фалангу противника, укрывшуюся за сплошной стеной больших щитов. Перед наступлением вечера в бой пошла гвардия Ксеркса, воины из отряда «бессмертных». Но и они отступили после непродолжительной схватки.

На второй день царь персов послал в бой воинов, известных своей отвагой (в основном карийцев), с обещанием хорошей награды за успех и смерти за бегство с поля боя. Второй день также прошел в бесплодных атаках. Персы сменяли атакующие отряды; греки, в свою очередь, сменяли в сражении друг друга.

Ксеркс не знал, что предпринять дальше, когда к нему обратился некий местный житель, Эфиальт, вызвавшийся за вознаграждение провести персов горной тропой в обход Фермопил. Тропу охранял отряд фокийцев (из Средней Греции) – 1 000 воинов. Отборный персидский отряд в 20 000 под командованием Гидарна скрытно шел всю ночь, а к утру внезапно обрушился на фокийцев. Загнав их на вершину горы, Гидарн продолжил движение в тыл эллинам, охраняющим Фермопилы. Фокийцы послали бегунов сообщить грекам об обходном маневре персов; об этом же греков предупредил еще ночью перебежчик из персидского лагеря по имени Тиррастиад.

Союзники разошлись во мнении. Большинство, подчиняясь воле обстоятельств, отправились по своим городам. Остались лишь 300 спартанцев царя Леонида, 700 феспийцев под командованием Демофила, сына Диадрома, и 400 фиванцев под начальством Леонтиада, сына Евримаха.

Численность воинов в отрядах указана на начало битвы при Фермопилах, но за два дня боев греки понесли ощутимые потери. Феспии и Фивы – города в Беотии, через которую неизбежно пролегал путь войска персов, так что отряды этих городов защищали в Фермопилах родную землю.

Геродот писал свой исторический труд в пору вражды Фив с Афинами, потому он не упускает случая выставить фиванцев предателями Эллады и сообщает, что фиванский отряд был удержан Леонидом против их воли в качестве заложников. Но эту версию Геродота опровергает как судьба отряда, так и сама логика войны.

Рассчитывая не на победу, но только на славную смерть, оставшиеся греки приняли бой в отдалении от прежнего места, там, где проход расширялся. Но, даже там персы не могли развернуться и погибали массами в давке или будучи сброшенными с обрывистого берега. У спартанцев копья были сломаны, они разили врага короткими спартанскими мечами в тесной рукопашной.

В бою пал Леонид, у персов погибли Аброком и Гиперанф, братья царя Ксеркса. Заметив приближение с тыла персидского отряда, ведомого Эфиальтом, греки отступили к стене, а потом, миновав ее, заняли позицию на холме у выхода из Фермопил. Со слов Геродота, во время отступления фиванцы отделились и сдались в плен: этим, они спасли свои жизни ценой клеймения в рабство.

Спартанцы и феспийцы приняли последний бой. Персы расстреливали последних героев из луков, забрасывали их камнями. По свидетельствам Геродота, при этом отличились доблестью спартанцы Диенек, братья Алфей и Марон, феспиец Дифирамб.

Из 300 спартанцев в живых остался только Аристодем, который из-за болезни был оставлен Леонидом в селении Альпены. По возвращении в Спарту Аристодема ожидало бесчестие и позор. Никто не говорил с ним, ему дали прозвание Аристодем-Трус. Со временем Аристодем искупил несуществующую вину своей героической гибелью в битве при Платеях. По слухам, в живых остался еще один спартанец, по имени Пантит, который был отправлен гонцом в Фессалию. По возвращении в Лакедемон (область, где находилась Спарта) его также ожидало бесчестие, и он повесился.

Диодор представляет последний бой 300 спартанцев в легендарном виде. Они будто бы напали на персидский лагерь еще затемно и перебили множество персов, стараясь в общей суматохе поразить самого Ксеркса. Только когда рассвело, персы заметили немногочисленность отряда Леонида и забросали его копьями и стрелами с расстояния.

Царь Ксеркс лично осмотрел поле боя. Найдя тело Леонида, он приказал отрубить ему голову и посадить на кол. Под Фермопилами пало, по словам Геродота, до 20 000 персов и 4 000 греков, включая спартанских илотов. Павших эллинов похоронили на том же холме, где они приняли последний бой. На могиле поставили камень с эпитафией поэта Симонида Кеосского:

Путник, пойди возвести нашим гражданам в Лакедемоне,
Что, их заветы блюдя, здесь мы костьми полегли.

 

 


 

А.Доманин

ред. shtorm777.ru